Военное дело 
 главная  |   | каталог сайтов  | автору 

 
 
[ танки | бронемашины | артиллерия | стрелковое оружие ]
 

Система С-25

К началу пятидесятых годов международная обстановка требовала резкого повышения боевых возможностей советской ПВО. В Соединенных Штатах уже были накоплены десятки и сотни атомных бомб. Наша пропаганда старалась принизить возможности этого оружия. Председатель Мао даже обозвал его «бумажным тигром». Однако реальная мощь ядерного оружия уже была непосредственно измерена советскими специалистами в степи под Семипалатинском при первом испытании отечественной бомбы в августе 1949 г.

Одновременно с этим переход в авиации на использование реактивных двигателей привел к качественным изменениям в противостоянии средств воздушного нападения и средств противовоздушной обороны. Резкий рост скорости и максимальной высоты бомбардировщиков свел практически к нулю эффективность зенитной артиллерии среднего калибра. Даже новейшие зенитные артиллерийские комплексы в составе 100-и 130-мм пушек и радиолокационных станций орудийной наводки не гарантировали надежной защиты охраняемых объектов. При этом прорыв к цели даже единичного самолета противника с ядерным оружием мог привести к катастрофическим потерям. Применение реактивных истребителей не гарантировало успешный перехват из-за ненадежности их наведения по командам с земли в сложных метеоусловиях и ночью. Кроме того, близость скоростных и высотных показателей реактивных бомбардировщиков и истребителей начала пятидесятых годов, а также значительное время, необходимое перехватчиками для набора высоты, делали проблематичным своевременное поражение носителя ядерного оружия.

В сложившейся ситуации наиболее эффективным средством ПВО представлялись зенитные управляемые ракеты. Некоторый опыт разработки и использования управляемых зенитных ракет имелся в ряде организаций СССР, прежде всего - в НИИ-88, занимавшимся в 1945-1950 гг. освоением трофейной ракетной техники. Но вплоть до 1950г. здесь так и не удалось обеспечить создание на базе немецких образцов пригодных к серийному производству отечественных аналогов. Продолжение работ в этом направлении теряло перспективу ввиду послевоенного прогресса авиации.

Однако выполненные НИИ-88 работы позволили сделать ряд принципиально важных организационных выводов. Сложность и комплексность задачи создания зенитного ракетного оружия определяли необходимость реализации программы, сравнимой с советским атомным проектом, опыт выполнения которого указывал на то, что при существующей до наших дней ведомственной разобщенности общее руководство комплексной программой должна осуществлять специальная инстанция, стоящая над министерствами и непосредственно подчиненная Совету Министров. При этом для оперативного решения вопросов на самом высоком уровне проект должен непосредственно курироваться членом Политбюро ВКП(б).

Наряду с административным, требовалось осуществлять и четкое научно-техническое руководство программой. К этому времени преобладало понимание того, что решающим элементом ракетной системы ПВО являются радиоэлектронные средства. Соответственно, в качестве головной организации - разработчика было избрано СБ-1 Министерства вооружения, организованное в 1947 г. для создания системы авиационного реактивного управляемого вооружения «Комета» для поражения кораблей с носителей Ту-4.

Изложенные принципы были положены в основу правительственного документа, призванного реорганизовать процесс создания отечественного зенитного ракетного оружия. Готовился он довольно долго и не являлся прямой реакцией на начавшуюся войну в Корее. Впрочем, события на Дальнем Востоке могли ускорить принятие соответствующего решения. Первым объектом прикрытия зенитной ракетной обороны была определена Москва.

Основополагающее Постановление Правительства № 3389-1426 было принято 9 августа 1950 г. Общее руководство созданием системы зенитного ракетного прикрытия Москвы «Беркут» осуществлялось специально созданным управлением аппарата первого заместителя Председателя Совета Министров СССР Л.П. Берия. В феврале следующего года этот орган преобразуется в Третье главное управлением (ТГУ) при Совете Министров СССР во главе с В.М. Рябиковым. Как и Первое (ядерное) управление, ТГУ располагало огромными полномочиями и, обладая собственной приемкой, выступало в качестве Заказчика системы, при этом военные не должны были ничего знать о разрабатывавшейся системе «Беркут».

Технический облик системы «Беркут» определялся головной организацией - СБ-1, преобразованным в КБ-1. Главными конструкторами разработки были назначены сын Л.П. Берия - Сергей Лаврентьевич и Павел Николаевич Куксенко, ранее, да и в дальнейшем, успешно осуществлявшие техническое руководство созданием авиационной «Кометы». По преданию, наименование первой зенитной ракетной системы образовывалось первыми буквами фамилий главных конструкторов («БерКут»). На уровне Политбюро и Совмина создание системы, наряду с атомным проектом, курировал лично Лаврентий Павлович. После низвержения Л.П. Берия система «Беркут» получила безликое обозначение «Система-25». Вскоре утвердилась и сокращенная форма - С-25.

Система «Беркут» включала в свой состав множество элементов, важнейшими из которых являлись радиолокационные станции обнаружения А-100, центральные радиолокаторы наведения ракет Б-200 и зенитные управляемые ракеты В-300.

На протяжении нескольких лет разрабатывалась и авиационная компонента системы - ракета «воздух-воздух» Г-300 и станция Д-500 для носителя - барражирующего перехватчика на базе модифицированного бомбардировщика Ту-4, но эти работы были прекращены с началом разработки более совершенного авиационного комплекса на базе сверхзвукового Ла-250 20 ноября 1953 г.

На начальном этапе проектирования в СБ-1 исследовалась возможность построения системы наведения с использованием узколучевых локаторов точного сопровождения цели и ракеты с параболическими антеннами, создававшими два луча для слежения за целью и наводимой на нее ракетой. Параллельно прорабатывался, но был прекращен на ранней стадии вариант зенитной ракеты с головкой самонаведения.

Система «Беркут» была задумана как стационарная и должна была включать группировку зенитно-ракетных комплексов (полков) со средствами обнаружения, управления, обеспечения, базы хранения ракетного оружия, жилые городки и казармы для офицеров и личного состава. Взаимодействие всех элементов должно было осуществляться через центральный командный пункт системы по специальным каналам связи. Центральные радиолокаторы наведения и стартовые позиции ракет - то есть зенитные ракетные комплексы в современном понимании -размещались по двум кольцам вокруг Москвы. Позиции были связаны между собой бетонированными шоссейными дорогами, обеспечивающими как повседневное снабжение позиции, так и возможность маневра боекомплектом ракет в боевых условиях.

Внутреннее кольцо, расположенное на удалении около 50 км от центра столицы, включало 22 позиции, а внешнее, расположенное по радиусу порядка 90 км, - 34 позиции комплексов. Комплексы размещались не вполне равномерно - почаще на наиболее угрожаемом северо-западном направлении, пореже -на юго-восточном. На интервалах между позициями сказывались и особенности местности - водоемы, болота, пригорки. На удалении 100...260 км от внешнего кольца находились станции обнаружения А-100. Разработка радиолокационного комплекса 10-сантиметрового диапазона «Кама» для стационарных радиолокационных узлов А-100 велась коллективом главного конструктора Л.В. Леонова в НИИ-244. Кроме того, четыре А-100 располагались вблизи столицы, в 25...30 км от ее центра.

Технический облик системы формировался исходя из опыта Второй мировой войны и предусматривал возможность отражения массированного налета авиации противника. Известно, что против объектов на территории Германии одновременно направлялось свыше 1000 бомбовозов. Один советский многоканальный комплекс обеспечивал одновременный обстрел ракетами двух десятков самолетов врага, а вся система - более 1000 целей!

Центральный радиолокатор наведения Б-200 при помощи двух сложных антенн с большой частотой осуществлял линейное сканирование воздушного пространства плоскими «лопатообразными» лучами в двух расположенных под углом друг к другу плоскостях. Каждая из двух вращающихся как ветряные мельницы антенн излучала лучи, узкие (толщиной ~1) в плоскости вращения антенны и широкие (57°) в плоскости, ей перпендикулярной. Угломестная антенна А-11 вращалась в вертикальной плоскости, а азимутальная антенна А-12 - в плоскости, расположенной под углом 60° вертикали к первой. Сами антенные устройства из двух сдвинутых на 60° относительно друг друга треугольников со скругленными углами образовывали подобие шестиконечной звезды. Отражатели антенны обеспечивали частоту сканирования луча порядка 20 Гц при умеренной скорости вращения антенны - около 200 об/мин. Длина волны излучения составляла около 10 см. Диаметр обметания вращающейся части составлял около 6 м, высота антенны - 9 м.

Эта система из двух антенн обеспечивала слежение за целями и ракетами, а передача команд на летящие ракеты обеспечивалась посредством четырех небольших плоских горизонтальных антенн с широкой диаграммой направленности. Для автоматического сопровождения 20 целей и 20 наводимых на них ракет, формирования управляющих команд наведения было создано 20 независимых стрельбовых каналов с отдельными системами сопровождения целей и ракет по каждой их координате и отдельным для каждого канала аналоговым счетно-решающим устройством. Стрельбовые каналы были сведены в четыре пятиканальные группы. Стойки с аппаратурой комплекса и рабочие места десятков операторов размещались в бетонированном бункере, обвалованном снаружи грунтом.

На удалении нескольких километров от центрального радиолокатора наведения в направлении стрельбы располагались стартовые позиции, на которых размещалось 60 пусковых установок. От проложенной в основном направлении стрельбы дороги в каждую сторону отходило по десять перпендикулярных ответвлений, по сторонам которых размещалось по три пусковых установки. Снаружи оконечности ответвлений также соединялись обходной дорогой. На каждые шесть пусковых установок оборудовался бункер для укрытия личного состава. Для длительного хранения, заправки и сборки ракет на расстоянии нескольких километров от стартовой организовывалась техническая позиция.

В октябре 1951 г. на испытания была представлена созданная в экспериментальном макетном образце аппаратура центрального радиолокатора наведения Б-200, который отрабатывался в Химках, а весной 1952 г. - в поселке Кратово поблизости от города Жуковский и Летно-испытательного института (ЛИИ). В августе 1952 г. опытный образец Б-200 был полностью укомплектован. Для контроля прохождения «совмещенных» сигналов ракеты и цели бортовой ответчик ракеты размещался на удаленной от Б-200 вышке буровой установки БУ-40 на дальности около 400 метров от антенн станции. Для отработки антенн станции Б-200 использовались бомбардировщики Ту-4. Для имитации воздушных целей с неизменными отражательными характеристиками при отладке станций Б-200 использовались подвешиваемые под аэростатами металлизированные воздушные шары диаметром около 1 метра. Отработка ракетных каналов Б-200 производилась с использованием размещенной в бомбоотсеке Ту-4 аппаратуры бортовых ответчиков ракет.

Осенью 1952 года на полигоне Капустин Яр на 33-ей площадке был построен опытный образец Б-200 с размещением аппаратурной части в одноэтажном каменном строении. На полигон был перебазирован и комплексный моделирующий стенд для отработки контура управления наведением ракет, включавший в себя имитаторы сигналов цели и ракеты, системы их автоматического сопровождения, счетно-решающий прибор, бортовое оборудование ракеты и аналоговое вычислительное устройство - модель ракеты.

Согласно Постановлению 1950 г. разработка ракеты была поручена коллективу КБ во главе с С.А. Лавочкиным. Работу пришлось строить «под электронщиков» КБ-1, возглавивших создание системы «Беркут» в целом. В свою очередь лавочкинский коллектив направлял деятельность многочисленных смежных организаций, разрабатывавших системы и агрегаты ракеты. Впрочем, разработку важнейшей составляющей -бортовой аппаратуры ракеты, включая автопилот, вело все то же КБ-1. Важнейшую работу по созданию жидкостного ракетного двигателя для ракеты, как и в период воспроизведения «Вассерфаля», поручили НИИ-88, а точнее - коллективу A.M. Исаева, работавшему в отделе № 9, с марта 1952 г. преобразованному в ОКБ-2 в составе НИИ-88. Для подстраховки в том же НИИ-88 в 1952 г. было сформировано ОКБ-3, возглавляемое Домеником Домениковичем Севру-ком. Это внутриинститутское соревнование закончилось в пользу ОКБ-2 - всех двигателистов подчинили Исаеву, а в начале 1959 г. его коллектив выделился в отдельную организацию с более привычным наименованием ОКБ-2, ныне «КБ химического машиностроения».

Постановлением от 9 августа 1950 г. масса ракеты В-300 была ограничена величиной 1000 кг. После проработки бортовой аппаратуры и уточнения величины ожидаемого промаха пришлось увеличить масштабность ракеты - она приблизилась с «Вассерфалю». По завершении разработки стартовая масса первого серийного варианта ракеты - «изделия 205» составила 3,58 т, длина - 11,425 м (1 1,816 м с приемником воздушного давления).

Лавочкинская ракета В-300 («изделие 205») значительно отличалась от своей немецкой предшественницы. Общей осталась только схема вертикального старта, неизбежная для одноступенчатой ракеты с малой тяговооруженностью, определяемой несовершенством жидкостных ракетных двигателей тех лет. Нормальную аэродинамическую схему «Вассерфаля» сменила компоновочная схема «утка», обеспечивающая лучшую маневренность и стабильность динамических характеристик по мере расходования топлива. При близком значении стартовой массы В-300 имела на треть меньший диаметр - 650мм и, соответственно, почти вдвое большее удлинение - 17,6 против 9 у немецкой зенитной ракеты. Наряду с меньшим аэродинамическим сопротивлением переход на меньший калибр принес ряд трудностей. Колебания менее жесткого корпуса потребовали размещения части блоков автопилота вблизи центра масс ракеты. Невозможность вписать в корпус В-300 единый шар-баллон большого диаметра определила размещение сжатого воздуха в трех шар-баллонах.

Ракета функционально делилась на семь отсеков. В переднем отсеке ракеты размещался радиовзрыватель с его приемными антеннами. В следующем отсеке находилась осколочно-фугасная боевая часть Е-600 массой 235 кг. За ней располагался отсек с аппаратурой автопилота и шар-баллоном со сжатым воздухом. Далее находились баковые отсеки, выполненные по несущей схеме. Для обеспечения питания двигателя при больших знакопеременных поперечных перегрузках, отбрасывающих топливо то к одной, то к другой стенке бака, заборные устройства включали гибкие звенья с сильфонным устройством. Качаясь под действием перегрузок, заборник отслеживал положение оставшегося топлива. В коротком межбаковом отсеке были установлены блоки аппаратуры автопилота. В хвостовом отсеке размещались еще два шар-балллона со сжатым воздухом, аппаратура радиокомандного управления и агрегаты четырехкамерного жидкостного ракетного двигателя СО9.29.

Крылья ракеты со стреловидностью 60 градусов по передней кромке и минус 15 градусов по задней в начале пятидесятых годов именовали «ромбовидными», а сейчас, не вполне строго, относят к треугольным. Как и на большинстве ракет, выполненных по схеме утка, управление по каналам тангажа и курса осуществлялось аэродинамическими рулями, а по крену - установленными на крыльях элеронами. Для снижения массы элеронами оснащалась только одна, расположенная в горизонтальной плоскости, пара консолей. В полете крылья, как и рули ракеты, находились в «+» - образном положении.

Малая тяговооруженность ракеты на старте определила необходимость использования сочетания аэродинамических и газодинамических органов управления - за сопловым срезом жидкостного ракетного двигателя размещались четыре газовых руля, закрепленных на ферме. Спустя 9 секунд после старта, при достижении скоростного напора, достаточного для эффективного применения аэродинамических рулей, ферма с уже ненужными газовыми рулями отстреливалась. Помимо снижения массы сброс рулей исключал связанные с ними потери удельного импульса двигателя.

Основными элементами бортовой радиокомандной аппаратуры В-301 являлись блок управления СО-11 и приемо-ответчик СО-12. На верхней законцов-ке крыла располагалась антенна канала радиоуправления, на нижней - радиовизирования.

Автопилот пневмоэлектрического типа АПВ-310 включал в свой состав интегрирующие гироскопы, датчики линейных ускорений, а также свободный гироскоп, включенный в контур стабилизации по крену. Отклонение органов управления осуществлялось пневматическими рулевыми машинками. С пятой секунды начиналось радиокомандное управление в азимутальной, плоскости, с девятой - в вертикальной.

Боевая часть задействовалась через предохранительно-исполнительный механизм по сигналу от радиовзрывателя непрерывного излучения.

Двигатель С09.29.0-0 работал на триэтиламинксилидине (ТГ-02) и концентрированной азотной кислоте (АК-20). В составе двигательной установки использовалась вытеснительная система подачи топлива с воздушным аккумулятором давления. Первоначально двигатель предназначался для аналога немецкой ЗУР «Вассерфаль» и должен был развивать тягу на старте 8 т с возможностью ее уменьшения в полете до 2,5 т. Так как опытные однокамерные двигатели разрушались из-за возникновения высокочастотных колебаний, было принято решение о создании ЖРД с 4 камерами сгорания меньшей размерности. Это позволило упростить задачу уменьшения в несколько раз тяги в ходе полета - от максимальной на участке разгона до необходимой для поддержания заданной скорости полета. Четырехкамерный ЖРД с тягой 8000 кг был создан и принят на вооружение под обозначением СО9.29.

Ракеты на стартовой позиции размещались на пусковых установках - стартовых столах СМ-63. При установке ракеты вместе с ней поднималась в вертикальное положение и часть грунтовой тележки - полуприцепа ПР-3. После закрепления ракеты на стартовом столе ПР-3 опускалась в горизонтальное положение.

Разработка транспортно-пускового оборудования, технической и стартовой позиции с комплектом подъемно-транспортного, заправочного и стартового оборудования, обеспечивающего подготовку к пуску и пуски зенитных ракет В-300 и их модификаций - стартового оборудования, поручалось ГСКБ Спецмаш ММП Главного конструктора В.П.Бармина. На коллектив ГСКБ Дормаш возлагается разработка транспортных и заправочных агрегатов для системы С-25. В результате были созданы автополуприцеп ПР-3 и его модифицированные варианты (ПР-7 и ПР-8), заправщики топлива ЗАК-5, ЗАК-41 (ЗАК-41А, ЗАК-4Ш). При создании комплекса наземного оборудования ГСКБ впервые в ракетной технике разработало и освоило средства обеспечения дозированной заправки ракеты высококипящими компонентами топлива.

Транспортировщик ракеты ПР-3 буксировался за седельным тягачом ЗИЛ-121Б и использовался для транспортировки и установки ракет "205". Модифицированный вариант установщика ПР-ЗМЗ помимо транспортировки обеспечивал длительное хранение ракеты, ее заправку окислителем собственным заправочным оборудованием, проведение с ракетой подготовительных работ и передачу ее на пусковую установку с помощью подъемного устройства. Для транспортировки ракет на ПР-7 и ПР-8 использовались седельные тягачи ЗИЛ-157К, ЗИЛ-157КВ, позднее ЗИЛ-131В. Транспортировщик (прицеп) располагался на стартовой позиции у стартового стола на стационарном установщике.

Работы по ракете и комплексу в целом велись с огромным напряжением сил. В марте 1951 г был выпущен эскизный проект, в конце марта прошел квалификационные испытания двигатель, а уже 25 июля начались пуски первого этапа заводских испытаний. Ракету постепенно учили летать, последовательно отрабатывая старт, автономный полет и наведение с задействованием радиокомандной аппаратуры. Этап полигонных испытаний по отработке старта и системы стабилизации ракеты (автопилот) проходил в ноябре-декабре 1951 г. при пусках с предназначенной для запуска баллистических ракет площадки №5 полигона Капустин Яр.

Еще в июне на полигоне Капустин Яр был образован Государственный научно-исследовательский полигон №8 (ГНИИП-8), первоначально подчиненный Третьему главному управлению, а в дальнейшем отошедший к Министерству обороны. Помимо номерного обозначения, этот объект носил и литерное - полигон «С».

По результатам испытаний в конструкцию ракет вносились доработки. В 1951 г. испытали в общей сложности 31 ракету первых трех серий. С марта следующего года проводились пуски ракет четвертой серии с улучшенными маневренными характеристиками и пятой, с новым автопилотом. Кроме того, в ходе отработки для повышения надежности перешли от однопроводной кабельной сети к двухпроводной, доработали систему забора топлива из баков.

Для проведения испытаний опытного образца комплекса и комплекса полного состава на полигоне Капустин Яр были созданы: площадка №30 - подготовки системы «Беркут» к пускам; площадка №31 - жилой комплекс обслуживающего персонала опытной системы «Беркут»; площадка №32 - стартовая позиция зенитных ракет В-300, размещенная в 18 км от площадки №30.

В сентябре завершили второй этап автономных испытаний, проводившийся без привлечения станций Б-200 с марта 1952 г. Всего в ходе заводских испытаний с 1951 г. выполнили 62 автономных пуска. До поставки на полигон опытного образца Б-200 для радиоуправления ракетами применялась специальная аппаратура, изготовленная на базе станций орудийной наводки зенитной артиллерии.

В октябре 1952 г. начались комплексные испытания с задействованием опытного образца станции Б-200. С 18 октября провели 5 автономных пусков для подтверждения способности РЛС захватывать и автоматически сопровождать ракеты, а с 2 ноября начались так называемые пуски в замкнутом контуре - с двухсторонним информационным взаимодействием ракеты и центрального радиолокатора наведения. Станция Б-200 впервые вывела ракету в заданную точку пространства. Правда, за счет неточного изготовления отражателей антенн опытного образца станции перед «попаданием» на ракету выдали неадекватные команды управления, и она разрушалась, пытаясь отработать непосильно резвый маневр в сторону условной цели. Антенны доработали, и до конца 1952 г. было выполнено большое число пусков по имитируемым целям, в том числе и «движущимся». Введенной в станцию Б-200 специальной аппаратурой ИП-1 имитировались бомбардировщики, летящие со скоростью 720.. 1250 км/час на высотах от 5 до 25 км. По результатам пусков были изменены некоторые параметры комплекса - в частности, закон управления ракетой в наклонной плоскости.

В начале 1953 г. опытный образец станции Б-200 заменили на изготовленный с привлечением серийных заводов и приступили к стрельбе по парашютным мишеням - сбрасываемым с самолетов уголковым отражателям. Наряду с пятью одиночными провели и два парных пуска с наведением каждой ракеты на одну из двух одновременно спускающихся парашютных мишеней.

Весной на первый пуск ракет по беспилотному бомбардировщику собрался весь бомонд - Берия, Рябиков, начальник Первого Главного управления Б.Л. Ванников, научно-технический руководитель Третьего Главного управления А.Н. Щукин и, разумеется, главные и ведущие конструкторы. В качестве мишеней пришлось пожертвовать наиболее современными из серийных бомбардировщиков -Ту-4. Штатный автопилот обеспечивал полет оставленной экипажем машины на протяжении нескольких десятков километров до позиций зенитного комплекса на полигоне, так что серьезного дооборудования самолетов-мишеней не потребовалось. 26 апреля 1953 г. летчики, поднявшие предназначенный в жертву Ту-4 с расположенного в полусотне километров от позиций комплекса аэродрома Владимировка, успешно расстались со своей машиной, и самолет-цель был сбит парой запущенных ракет «205». Это было, несомненно, историческое событие - впервые было испытано оружие, впоследствии ставшее основным советским средством борьбы за воздушное пространство.

Успешно начатая серия испытаний по реальным целям была завершена 16 мая 1953 г. При пусках 12 ракет из пяти мишеней 4 разрушились в воздухе, а одна снизилась в районе полигона. При этом на трех из 12 ракет из-за несрабатывания радиовзрывателя не произошел подрыв боевой части. Всего с октября 1952 г. на первом этапе комплексных испытаний до 18 мая 1953г был выполнен 81 пуск ракет. На втором их этапе, завершившимся в сентябре 1953 г. провели еще 42 пуска. В целом, статистика была вполне удовлетворительной, но использовавшиеся при испытаниях мишени Ту-4 уже не удовлетворяли военных, хотя именно они были заданы как типовая цель при разработке системы. Поэтому с 22 сентября по 7 октября были проведены так называемые контрольные испытания, в ходе которых стреляли уже по реактивным Ил-28. При проведении этой серии пусков несколько ракет применили и по Ту-4. В качестве целей использовались два Ту-4 и два Ил-28. Все мишени были успешно сбиты. Кроме того, провели залповый пуск 4 ракет по 4 парашютным мишеням. После этого, с 14 октября по 3 ноября провели дополнительные испытания, в ходе которых, в частности, были проведены пуски по Ту-4 в догон углах. Кроме того, стрельбой по летящему на малой высоте Ту-4 выявили возможность уменьшения минимальной высоты зоны поражения с 5 до 3 км.

В ходе испытаний в ракету «205» был внесен ряд доработок. Для снижения массы бак окислителя изготавливали из кислотностойкой стали ЭИ654 взамен ранее применявшейся 12Х4МА, требовавшей нанесения на внутреннюю поверхность защитного покрытия. Сварные шпангоуты с узлами заделки крыла заменили на более технологичные и легкие штампованные. Для устранения больших возмущений по крену была увеличена площадь элеронов, ввели их стопо-рение на участке работы газовых рулей. Кроме того, воздушные рули выполнили с неподвижным участком в районе корневой хорды, что также способствовало снижению возмущений по крену. Для расширения тактических возможностей комплекса дополнительно ввели антенны диапазонов Б и В, разместив их на торце хвостового обтекателя. Доработали двигатели, получившие обозначение СО9.29А. В дальнейшем в ходе серийного производства двигателя были проведены работы по герметизации головок камер сгорания.

Еще на стадии выпуска эскизного проекта, в 1951 г, выяснилось то, что ракеты «205» не вполне отвечают предъявляемым Заказчиком требованиям. Максимальная высота поражаемых целей составляла 15 км против заданных 20...25 км, наклонная дальность 20...22 км против заданных 30...35 км. Тем самым определилась необходимость разработки улучшенных вариантов ракет. Рассматривались следующие три основных направления совершенствования:

  • оснащение ракеты более эффективной кумулятивной боевой частью - разработка так называемого изделия с К-3 (кумулятивный заряд);
  • применение более совершенного двигателя;
  • внедрение облегченной системы подачи топлива с вытеснением его из баков продуктами сгорания жидкостного или порохового аккумулятора давления.

Жидкостный аккумулятор давления в сочетании с модифицированным четырехкамерным двигателем в варианте СО9.29Д и кумулятивной боевой частью отрабатывали в составе модификации В-300 КЗ, которая была доведена только до стадии наземных огневых стендовых испытаний. Не найдя применения в зенитных ракетах, эта схема нашла применение в первой советской оперативно-тактической баллистической ракете Р-11 (8А61).

Ракета В-300 с пороховым аккумулятором давления (ПАД) проектировалась еще с 1950 г., но официально разрабатывалась по Правительственному Распоряжению №19310РС от 11 октября 1951 г. Этот вариант под обозначением «изделие 206» оснащался четырех-камерным двигателем СО9.29Б. При отработке не удалось обеспечить требуемый выход на режим в зимних условиях из-за недостаточного уровня давления забора топлива.

Дальнейшая разработка ракеты с пороховым аккумулятором давления увеличенной баллистики и кумулятивной боевой частью под обозначение изделие 208 была продолжена по Постановлению Правительства от 27 августа 1952г. Ракета должна была комплектоваться двигателями Севрука С3.840 с тягой 8т или С3.9 с тягой 9 т. Для ракеты разработали новый ПАД с одношашечным зарядом. Было изготовлено более 30 ракет, проведено 20 пусков, в ходе которых два изделия даже разрушились от превышения допустимых перегрузок. В связи с успешным ходом разработки изделия «205» работы по ракете «208» в 1953г. приостановили. Тем не менее в 1954 г. выполнили еще семь пусков экспериментальных машин. Неудачные попытки совершенствования вытеснительной системы подачи способствовали переходу в дальнейшем к применению двигателей с турбонасосным агрегатом.

Правительственным Постановлением от 31 декабря 1952 г. была поставлена задача доведения тактико-технических характеристик ракеты до уровня, заданного тактико-техническими требованиями. В результате была разработана ракета «207». Первоначально на ракете «207» предусматривалось применение усовершенствованного варианта двигателя С09.29, но коллективу Исаева удалось успешно решить задачу создания более легкого однокамерного двигателя с регулированием тяги, примененного уже на ракете под обозначением «207А».

Ракета «207А» оснащалась однокамерным двигателем С2.260. Взамен применения четырех камер конструкторы разделили на 4 части верхнюю часть камеры, установив в ней крестообораз-ную перегородку (так называемый «иса-евский крест»). Не имея тепловой защиты, перегородка сгорала, выполнив свою роль на наиболее сложном участке запуска и выхода максимальной тяги двигателя на режим. Применение двухком-понентного топлива без пускового горючего позволило исключить торовый бачок. Для повышения удельного импульса взамен азотной кислоты с добавкой фосфорной кислоты (так называемого окислителя Ф-1) в ракете «207А» использовали окислитель АК-20, отличавшийся присутствием 20% азотного тетраоксида. Тягу двигателя довели до 9 т.

Сокращение запаса сжатого воздуха обеспечило исключение переднего шар-баллона, при этом задние шар-баллоны остались без изменений по отношению к ракете «205». Применение новых, в шесть раз более легких газовых рулей, с исключением рамы их крепления, позволило исключить падение тяжелых предметов в районе стартовой позиции.

При сохранении прежней геометрии снизили массу крыла за счет перехода от клепаных к штампованным лонжеронам и сокращением их числа с 9 до 7, усовершенствовали крепление качалок элеронов. По сравнению с изделием «205» крыло было смещено в направлении против полета. Число отсеков корпуса сократили с шести у изделия «205» до пяти.

Взамен осколочно-фугасной боевой части массой 235 кг применили кумулятивную массой 318 кг. Применили также и новый радиовзрыватель с радиусом реагирования 70 м. Аппаратура радиоуправления В-301М подверглась модернизации, при этом был несколько изменен монтаж ее блоков.

При увеличении длины корпуса ракеты на 0,5 м (до 11,425 м) стартовая масса ракеты была снижена на 180 кг (до 3405,1 кг).

Уже в 1953 г. было проведено 34 пуска ракет «207А», в целом подтвердивших ее заявленные тактико-технические характеристики. Первые пуски ракет «207А» в замкнутом контуре были выполнены по условным целям 12 и 13 июня. Испытания с наведением на пассивном участке (при неработающем двигателе после выработки топлива) выявили недопустимо большую динамическую ошибку наведения. Поэтому с восьмого пуска удлинили активный участок полета за счет применения увеличенных баков. В ходе дополнительных испытаний ракетами «207А» (двумя с кумулятивной, одной с направленной осколочной боевой частью) сбили 3 Ил-28. Дальнейшие летные испытания велись с мая 1954. В августе продолжили дополнительные контрольные испытания.

Всего с сентября 1953 г. в ходе контрольных испытаний и их продолжения было проведено 124 пуска ракет.

Полномасштабный зенитный комплекс был представлен на Государственные испытания 25 июня 1954 г. Первый пуск с ракетой «205» провели 1 октября, а с ракетой «207А» - 30 октября. В ходе Государственных испытаний проведено 16 пусков ракет «207» с кумулятивной боевой частью В-196 и радиовзрывателем типа «555». Зенитными ракетами были поражены все мишени - 11 Ил-28 и 4 Ту-4, включая только поврежденные, но добитые истребителями один Ил-28 и два Ту-4.

Достаточная степень отработанности изделий 207А позволила принять полученные при их испытаниях характеристики за основу при решении вопроса о соответствии ракеты и комплекса в целом заданным требованиям и возможности принятия их на вооружение.

Максимальные значения дальности 30...35 км и высоты 20...25 км отвечали требованиям Постановления 1950 г. Дальность устойчивого автоматического сопровождения цели станцией Б-200 достигала 50 км при высоте цели 10 км и 36 км при высоте 3 км. При заданном значении скорости ракеты в момент встречи с целью 1980 км/час эта величина на высоте 3 км составляла 1800 км/час, а максимальная скорость ракеты достигала 3670 км/час. Располагаемая перегрузка ракеты составляла 6 единиц на высоте от 3 до 15 км, 4 единицы - на высоте 20 км. Время активного полета составляло 56...61 секунду. Заданный радиус срабатывания радиовзрывателя - до 75 м - был подтвержден для 96,4% пусков. Он в полтора раза превышал радиус зоны поражения боевой части В-196, который составлял 50 м вместо заданных 30 м. Масса боевой части составляла 327...330 кг, при этом масса взрывчатого вещества 213...222 кг - многократно превышала заданную по Постановлению 1950 г. величину заряда - 60 кг.

Время установки в стартовое положение - 6...7 с - несколько превышало заданное 5 с. Максимальное время нахождения в полной боевой готовности составило 12 минут вместо 15 минут. Первая ракета стартовала через 6 с от команды «Старт». Три ракеты могли быть запущены за 8 секунд.

Таким образом по основным показателям «Система-25» соответствовала заданным требованиям.

Однако Главное артиллерийское управление, сменившее Третье главное управление в качестве заказчика «Системы-25», не торопилось с ее принятием на вооружение. Заказчики потребовали экспериментального подтверждения заданной одновременной стрельбы единичного комплекса по 20 целям. Из соображений экономии пуски провели по 24 парашютным мишеням, которые ставили с 12 Ту-4. Несмотря на некоторые организационные сбои, стрельба прошла в успешно - в цели попали 19 из 20 стартовавших ракет. Для объективного сопоставления возможностей ракетных и артиллерийских комплексов на том же полигоне самолеты-мишени были обстреляны и специально прибывшими частями ствольной зенитной артиллерии. Испытания подтвердили превосходство ракетчиков, которым пришлось добивать пропущенные «пушкарями» мишени.

В апреле 1955 г. завершились государственные испытания, в ходе которых было произведено около 70 пусков ракет «205» и 27 «207А». В целом, начиная с первого старта ракеты в июле 1951 г. было проведено почти полтысячи пусков ракет различных модификаций.

Серийное производство средств системы было начато в период ее разработки, и до завершения полигонных испытаний к выпуску комплектующих комплексов и ракет было подключено около 50 заводов. Выпуск ракет осуществлялся московским заводом №41 и подмосковными №82, №464. Двигатели для ракет выпускались химкинкским заводом №456, златоустским №66, миасским №385 и днепропетровским №586. Радиовзрыватель выпускался новосибирским заводом №564 MOM, пиропатроны - заводом №253 в Муроме. Шар-баллоны для сжатого воздуха выпускались Боткинским заводом №235, баки для топлива и окислителя - московским заводом №45 и рыбинским заводом №36. Крылья для ракет поставлялись заводом №23 МАП.

Головным заводом по производству антенн станции Б-200 ЦРН первоначально был определен завод № 710 (Подольский механический завод), позже - горьковский завод № 92 и днепропетровский завод № 933. На Ленинградском заводе полиграфических машин (позже на его базе образован Ленинградский завод радиотехнического оборудования) было организовано производство станций передачи команд управления ракетами. Коллективу кунцевского завода № 304 была поручена окончательная сборка станции Б-200, производство высокочастотной части аппаратуры, шкафов приемных устройств, шкафов опорных напряжений и координатных систем,, блоков и комплектующие антенн радиолокатора наведения, блоков станций передачи команд и индикаторные системы, блоков передатчиков.

К середине 1955 г. практически завершился начатый по Постановлению от 24 октября 1952 г. процесс строительства, оснащения оборудованием и отладки технических средств 56 позиций, развернутых вокруг столицы комплексов. Было проложено около 500 км бетонных дорог, а общая протяженность построенных дорог составила около 2000 км. Одновременно велось строительство жилых городков и казарм. Из соображений секретности помещения для ЦРН именовались «овощехранилищами», стартовые позиции - «выгонами». Подобным образом перекрестили и другие крупные объекты. Поставки боевых элементов системы в войска начались в 1954 году, в марте на большинстве объектов проводились настройка аппаратуры, доводка узлов и агрегатов комплексов. С целью форсирования работ один из комплексов был сделан головным эталонным, ввод его в эксплуатацию осуществлялся представителями предприятий-разработчиков. В начале 1955 года закончились приемо-сдаточные испытания всех комплексов под Москвой.

Несмотря на развертывание массового серийного производства ракет, достижение готовности объектов системы С-25 и завершение государственных испытаний, военные продолжали предъявлять все новые, формально не заданные, но вполне обоснованные стремительным развитием средств воздушного нападения, требования. Однако процесс перманентной модернизации грозил превращению «Системы-25» в вечный долгострой, лишал Вооруженные силы, да и промышленность, опыта массовой эксплуатации нового оружия.

По воспоминаниям разработчиков, скорейшему решению вопроса способствовал лично Н.С. Хрущев. Он решительно высказался за принятие ракетной системы на вооружение на заседании 7 мая 1955 г., после чего и было принято соответствующее правительственное Постановление.

Руководители разработки получили высокие правительственные награды. В частности, высокое звание Героя Социалистического Труда присвоили Исаеву, Дважды Героя - Лавочкину.

Сформированная в 1953 г. под наименованием учебно-тренировочная часть №2 (УТЧ-2) соответствующая войсковая структура в 1955 г. была преобразована в Первую армию ПВО особого назначения, включавшую в свой состав четыре корпуса ПВО особого назначения, объединившие в общей сложности 56 зенитных ракетных полков, каждый из которых осуществлял боевую работу на одном из входивших в систему комплексов. Первым командующим Первой армии ПВО стал генерал-полковник К.Казаков.

Для управления системой С-25 предусматривались центральный и четыре секторных (корпусных) командных пункта. В составе каждого корпуса наряду с командным пунктом и боевыми позициями зенитно-ракетных полков имелись ракетно-технические базы корпусного и армейского подчинения. Подготовка офицерского состава для работы на С-25 проводилась в Горьковском училище ПВО и Ярославском Военном среднетехническом училище, личного состава -в специально созданном учебном центре - УТЦ-2. В 1955 году на полигоне Капустин Яр была создана научно-исследовательская часть для обобщения и анализа методического обеспечения испытаний системы С-25. Начальником НИЧ был назначен Н.Е. Ярлыков. На полигоне были разработаны правила стрельбы для ЗРК С-25.

Несмотря на готовность комплексов, части и соединения Первой особой армии ПВО вели повседневную деятельность мирного времени, общепринятую для Советской Армии тех лет, но не соответствующую задачам отражения внезапной агрессии в век атомного оружия и реактивной авиации. Осуществлялось так называемое опытное дежурство с размещением на позиции ракет без заправки компонентами горючего, с весовыми макетами боевых частей. Заступление на боевое дежурство было осуществлено только летом 1956 г, после пролета над Москвой высотного разведчика U-2.

Впервые ЗУР типа В-300 была открыто показана на военном параде 7 ноября 1960 г. и два с половиной десятилетия открывала прохождение парадных расчетов зенитных управляемых ракет Войск ПВО страны.

Вскоре после выхода проектных работ по С-25 на завершающую стадию встал вопрос о создании аналогичной системы С-50 для защиты Ленинграда. При этом не могло быть и речи о прямом копировании безумно дорогой московской системы. За прошедшие годы определилось немало более совершенных технических решений, хотя они и не внедрялись в С-25 из опасений срыва сроков создания этой системы. Взамен «мельниц» вращающихся» антенн А-11 и А-12 станции Б-200 в 1952 г Сергеем Константиновичем Лисицыным были предложены, а в следующем году на горьковском заводе № 92 изготовлены и успешно испытаны относительно малогабаритные антенны А-15 с «внутренними сканерами». По кольцу вокруг Ленинграда радиусом 50 км предполагалось разместить 35 двадцатиканальных комплексов с модернизированными центральными радиолокаторами наведения с новыми антеннами. Ввод системы С-50 в строй планировался на начало шестидесятых годов. Наряду со стационарным был рассмотрен вариант с размещением основных средств С-50 на железнодорожных платформах. В конечном счете, создание еще одной зенитной ракетной системы специально для обороны одного города сочли излишним, и дальнейшие работы по С-50 проводились исходя из применения технических средств уже разрабатывавшейся системы С-75. В 1957 г. система обороны Ленинграда получила обозначение С-100. Фактически сложившаяся система противовоздушной обороны Ленинграда к концу шестидесятых годов представляла собой довольно сложный конгломерат из объектов так и нереализованных систем С-50 и «Даль» с размещенными на них средствами комплексов С-75, С-125 и С-200.

Зенитный ракетный полк системы С-25

Зенитный ракетный полк организационно состоял из радиотехнической батареи с центральным радиолокатором наведения Б-200 и двух стартовых батарей, обслуживающих по 30 стартовых столов каждая.

Станция Б-200 располагалась в рассчитанном на попадание 1000-кг фугасной авиабомбы полузаглубленном железобетонном сооружении, дополнительно обвалованным землей с травяным покрытием. Для высокочастотной аппаратуры, многоканальной части локатора, командного пункта комплекса, рабочих мест операторов и мест отдыха дежурных боевых смен были предусмотрены отдельные помещения. Две антенны визирования целей и четыре антенны передачи команд размещались в непосредственной близости от сооружения на отдельной бетонированной площадке. Обнаружение и сопровождение воздушных целей, наведение ракет осуществлялись каждым комплексом в фиксированном секторе воздушного пространства 60° х 60°.

Комплекс имел 20 стрельбовых каналов, что позволяло одновременно обстреливать до 20 целей 20 ракетами с автоматическим (или ручным) сопровождением цели и наводимой на нее ракеты при наведении 1 ...2 ракет на каждую цель. На каждый канал обстрела целей на стартовой позиции имелось по 3 ракеты на стартовых столах в состоянии окончательной готовности. Перевод в боевую готовность проводился за 5 минут. Стартовая позиция с расположенными по 6 в ряд (или по 4 - в исключительных случаях) пусковыми площадками размещалась на удалении от 1,2 до 4 км от Б-200 с выносом в сторону сектора ответственности дивизиона и обеспечивала до 20 пусков одновременно. На каждой стартовой площадке были смонтированы пусковой стол, стационарное подъемное устройство и в нескольких метрах от них - клеммная коробка и силовой шкаф. Стартовые столы ракет размещались группами по три на дорожке («линейке»). На каждые шесть стартовых столов имелся один бункер с пультом «ЧП» для управления подготовкой и пуском ракет.

В состав основного оборудования стартовой позиции входят:

  • пусковой стол СМ-82 для пуска ракет;
  • подъемное устройство СМ-102А для установки ракеты на пусковой стол;
  • полуприцеп ПР-3 для транспортировки, хранения, заправки окислителем и установки ракет на пусковой стол.

Время подъема ракеты на пусковой стол не превышает 3 мин 15 с.

Стартовый стоп - состоял из оснащенной механизмами горизонтирования нижней неподвижной части с многогранным пирамидальным рассекателем струи и поворотной верхней части, на торце которой имелась пара направляющих штырей для крепления рамы газовых рулей ракеты. Стартовый стол имел наклон 3° в сторону сектора стрельбы и конструктивно представлял собой четырехо-порную металлическую раму с опорным кольцом и приспособлением для горизонтирования, установленную на бетонном основании над коническим газорассекателем (пламярассекателем). Ракета крепилась на четырех замках-фиксаторах. Электропитание на борт подавалось по кабелю через быстросбрасываемый бортовой разъем. При запуске двигателя с достижением определенного уровня тяги газовая струя поворачивала «флажок» на пусковом столе, что обеспечивало одновременное освобождение замков.

Стартовая позиция обслуживалась двумя стартовыми батареями, в состав которых входило по пять взводов, обслуживавших по шесть стартовых столов каждый.

На каждой ракетно-технической базе корпусного или армейского подчинения хранилось до 1000 боевых ракет в различной степени боевой готовности, из которых не менее 20 ЗУР находилось в полностью снаряженном и заправленном состоянии. Техническая позиция ракетно-технической базы размещалась на бетонном основании размерами 1200 на 600...700 метров и организационно делилась на два технологических потока «А» и «Б».

Ко времени постановки системы С-25 на боевое дежурство в производстве уже находилась ракета: «207А».

Ракета 207А
1. Воздушный баллон 2. Приемная антенна НВ 3. Приемник НВ 4. Блок В13А автопилота 5. Рулевой привод 6. Блок СБ 07 НВ 7. Блок В-2А автопилота 8. Гироблок автопилота 9. Генератор НВ 10. ПИМ 11. Боевая часть 12. Передающая антенна НВ 13. Бак окислителя 14. Заборник окислителя 15. Рулевой привод 16. Бак горючего 17. Заборник горючего 18. Воздушный баллон 19. Воздушный баллон 20. Блок С012М 21. Преобразователь 22. Блок С011М 23. Аккумулятор 24. Двигатель 25. Газовые рули

Ракета «207А» состояла из пяти отсеков.

В первом отсеке находился небольшой шар-баллон сжатого воздуха для запитки элементов автопилота, аппаратура радиовзрывателя, большинство блоков автопилота и боевая часть. В отличие от изделия «205» оси аэродинамических рулей совместили в одной плоскости, для чего пара рулей в вертикальной плоскости соединялась коленчатым валом. При снаряжении ракеты нижний и правый рули выводились в отклоненное положение, что обеспечивало доступ к люку боевой части. Кумулятивная осколочно-фугасная боевая часть В-196 массой 318 кг содержала радиально ориентированные кумулятивные заряды. Скорость струи при подрыве заряда составляла 3600 м/с, угол ее расхождения - 2...2,5 град. Угол поражения боевой части достигал 6 градусов. Отсек боевой части выполнили с двойной обшивкой. Внутренняя обшивка имела отверстия в зонах напротив кумулятивных зарядов. Эти отверстия прикрывались тонкой наружной обшивкой. Для задействования кумулятивной боевой части применили новый радиовзрыватель с радиусом реагирования 70 м.

Второй и четвертый отсеки представляли собой баки окислителя и горючего, разделенные межбаковым третьим отсеком. Ракета заправлялась 390кг ТГ-02 и 1488... 1490 кг АК-20. В пятом хвостовом отсеке размещались шар-баллоны, блоки аппаратуры радиоуправления, автопилота, ампульная батарея. Модифицированная аппаратура радиоуправления В-301М включала блоки СО-12М и СО-11М с размещением антенн диапазона А на консоли крыла, а диапазонов Б и В на донном срезе.

Однокамерный жидкостной ракетный двигатель С2.260 устанавливался на четырех мощных болтах. За хвостовым отсеком располагался хвостовой обтекатель. Газовые рули размещались ,на телескопических колонках, нижняя часть которых с газовыми рулями отбрасывалась давлением подаваемого в колонки сжатого воздуха на 20 секунде полета. Начиная с девятой секунды полета управление осуществлялось посредством аэродинамических рулей, а газовые рули выводились в нейтральное положение.

Наряду с ракетами «207А», в системе С-25 использовались и ранее изготовленные ЗУР «205», конструктивные особенности которых рассмотрены выше. В ходе многолетней эксплуатации в ЗРК системы С-25 использовались также ракеты «217»; «219» различных модификаций, разработанные ОКБ-301 и МКБ «Буревестник».

Система С-25М

Работы по совершенствованию системы С-25 начались по Постановлению Правительства от 19 апреля 1954 г., в соответствии с которым перед модернизированным комплексом с ракетой «217» ставилась задача поражения целей с эффективной поверхностью рассеяния как у самолетов типа Ил-28, летящих со скоростью 1500 км/час. В дальнейшем требования к ракете уточнялись по правительственным Постановлениям от 8 мая 1957 г. и 16 апреля 1958 г.

В процессе модернизации системы С-25 существенно возросла степень участия в разработке ОКБ завода №304. В КБ-1 генеральным конструктором системы формулировались основные.задачи, идеи и цели модернизации, его ведущие специалисты определяли пути ее реализации, после чего разработка передавалась ОКБ-304, где доводились до уровня инженерных решений и выдачи технических заданий конструкторским бюро заводов-смежников.

Система С-25М первого этапа модернизации

Первый этап модернизации системы проводился в целях введения в состав станции наведения ракет аппаратуры селекции движущихся целей (СДЦ) и использования на ракете специальной боевой части.

Аппаратура селекции движущихся целей с использованием ртутных линий задержки сигналов была введена после полигонных испытаний в 1957 г. Мощность передатчика увеличили до 2 кВт. Нижнюю границу зоны поражения снизили до 3 км. Для применения в условиях пассивных помех был введен режим наведения «трехточка» (с удержанием ракеты на прямой, связывающей РЛС Б-200 и цель).

Разработка ракеты «215» - модификации ракеты 207А со специальной боевой частью была начата по Постановлению от 22 марта 1955 г. Применительно к ракете использовались также обозначения «207Т» или «Татьяна». Наряду с очевидной целью поражения одной ракетой нескольких самолетов, применение специального заряда на зенитной ракете мотивировалось также и более «тонкими» обстоятельствами. При массированном налете авиации в плотных боевых порядках разрешающая способность Б-200 не обеспечивала наведение ракеты на отдельный самолет, а подрыв обычного заряда посреди строя самолетов не гарантировал поражения даже одного из них. В 1955г. уже было создано относительно компактное зарядное отделение для торпеды калибром 533мм, а ракета В-300 была выполнена в диаметре 650 мм. Основной проблемой стало обеспечение высочайшей надежности «изделия», предназначенного для применения в густонаселенном Подмосковье. Для повышения надежности предусматривались жесткий контроль качества комплектующих, дублирование основной бортовой аппаратуры, а также наведение одной специальной ракеты с задействованием двух каналов станции Б-200. В январе 1957 г. на полигоне Капустин Яр была испытана ракета семейства В-300 с натурным подрывом специального заряда, разработанного под руководством Н.Л. Духова. В качестве целей использовались два Ил-28, летевших на высоте 10 км с интервалом немногим менее километра, при этом точку подрыва специально сместили на 200 м от первой цели. В результате взрыва мощностью 10 КТ у обоих Ил-28 отломились консоли крыла. Летные испытания завершились в 1961г. Принятием «изделия 215» на вооружение завершился первый этап модернизации системы С-25.

Система С-25М второго этапа модернизации

Постановлением СМ СССР от 4 июня 1958 года было задано проведение второго этапа модернизации системы С-25М. За счет повышения мощности передатчика потенциал станции Б-200М был повышен до 10 кВт. Аппаратура доработана для поражения малоразмерных и сверхзвуковых целей, снижена нижняя граница зоны поражения. Аппаратура наведения ракет на цели и счетнорешающие приборы модифицированного варианта Б-200 выполнялись чисто электронными, без применения электромеханических элементов.

Ракеты «205» и «207А» были рассчитаны на поражение околозвуковых неманевренных целей. При маневре цели с перегрузкой «двойка» промах увеличивался до 100м, вдвое превышая радиус поражения боевой части и в полтора раза - дистанцию срабатывания радиовзрывателя. Изделия «205» и «207А» по скоростным возможностям не обеспечивали повторный обстрел одной цели с пуском второй ракеты по информации о промахе первой.

Повышение тактико-технических характеристик должно было обеспечиваться разработкой нового, вдвое более мощного двигателя. Его применение позволяло утяжелить ракету, увеличив запас топлива на 25...30% для расширения зоны поражения, улучшить разгонные и скоростные показатели, установить на ракете мощную боевую часть повышенной эффективности.

Работы по изделию «217» начались уже в 1953 г, когда был разработан эскизный проект варианта ракеты «207А» с жидкостным ускорителем Севрука. Затем решили вместо применения ускорителя поднять тягу основного двигателя Исаева до 16т., обеспечив повышение средней скорости ракеты с 500 до 720 м/с.

Почти двукратное повышение тяги при практически неизменных габаритах двигателя требовало соответствующего увеличения давления в камере. В результате двигателисты перешли на более совершенную турбонасосную подачу компонентов. Экономить на простоте двигателя сочли нецелесообразным.

Постановлением от 19 апреля 1956г. перед модернизированным комплексом с ракетой «217» ставилась задача поражения целей с эффективной поверхностью рассеяния Ил-28, летящих со скоростью 1500 км/час. Выход на летные испытания задержался из-за неудач в отработке двигателя С3.42 Севрука с турбонасосной подачей топлива, а также автопилота АП-25. В 1958 г. в ходе заводских испытаний было запущено 18 ракет «217». По их результатам из-за ненадежности С3.42 разработку двигателя поручили коллективу Исаева.

В следующем году на полигоне провели 38 пусков ракет. На 12 стендовых испытаниях двигатель Исаева С2.1 продемонстрировал высокую надежность. В дальнейшем коллектив Севрука разработал более надежную модификацию - С3.42А, но выбор был уже сделан в пользу исаевского двигателя, переименованного в С5.1. При максимальном уровне тяги 17 т она могла уменьшаться до 5т. В соответствии с Решением ВПК № 28 от 4 апреля 1959 г. под двигатель Исаева был разработан новый вариант ракеты - «217М», которая отличалась от «207А» также использованием новых блоков аппаратуры радиоуправления и радиовизирования В-301М, высокоэффективной осколочной боевой частью направленного действия Ф-280. Взамен радиовзрывателя РВ-515 с непрерывным излучением применили импульсный Е-802М. Наиболее заметным отличием «изделия 217М» и последующих ракет комплекса С-25 от их предшественниц стало небольшое хвостовое оперение с консолями треугольной формы, на законцовках которых размещались антенны радиоуправления и радиовизирования. В конструкции ракеты нашли применение титановые сплавы и другие новые, по тому времени, материалы. Повышение тяги двигателя почти вдвое по сравнению с «207А» позволило утяжелить ракету на 0,55 т, в основном за счет увеличения запаса топлива и применения более мощной боевой части. Длина ракеты достигла 12,353 м.

Первые ракеты «217М» с новой боевой частью и двигателем С5.1 были изготовлены уже в 1959 г., но на полигоне еще продолжались летные испытания ранее собранных «217» с двигателями С3.42 разработки Севрука. Всего с июля 1958 г было проведено 44 пуска ракет «217», в том числе 26 - в 1959г. На начало 1960г. вместо 25 пусков ракет с двигателем С5.1 выполнили всего 11, при этом испытанные ракеты еще не оснащались радиовзрывателем Е-802М. Отставание от графика испытаний «217М» продолжалось и во второй половине 1960 г. С.А. Лавочкин не смог завершить отработку ракеты «217М» - при испытании новой зенитной ракетной системы «Даль» на полигоне «Балхаш» в июне 1960г он скончался от сердечного приступа. Большая загруженность его КБ работами по системе «Даль» и по межконтинентальному самолету-снаряду «Буря» привела к тому, что и до этого все большая доля участия в отработке ракеты «217М» отходила к филиалу, созданному при заводе № 82, а затем преобразованному в самостоятельное ОКБ-82.

После смерти Лавочкина завершающие работы по ракете 217М и последующая модернизация ракет системы С-25 осуществлялись коллективом конструкторов ОКБ-82 во главе с Александром Васильевичем Потопаловым, с середины шестидесятых годов получившего наименование МКБ «Буревестник». В 1976г. оно вошло в НПО «Молния», перед которым поставили задачу создания воздушно-космического самолета «Буран».

В 1961 г. ракета «217М» была принята на вооружение в составе системы С-25М второго этапа модернизации. Максимальная досягаемость по высоте была увеличена до 30 км, по дальности -до 35 км. Обеспечивалось поражение целей со скоростью 2000...2900км/час. Средняя скорость ракеты составляла 860 м/с, что на 15...22% превышало заданное значение.

Огневой комплекс Б-200МР-В-300М системы С-25М с ракетой «217М» был принят на вооружение Приказом Министра обороны СССР №0085 1962 года.

Наряду с основным вариантом ракет семейства «217» по Постановлению от 8 мая 1957 г. разрабатывалась модификация, оснащенная специальной боевой частью - изделие «218» («217Т»). Как и при разработке ракеты «215», особое внимание уделялось повышению надежности, но с учетом накопленного опыта ограничились дублированием только наиболее критичных блоков бортовой аппаратуры. Ракета прошла испытания на полигоне Сары-Шаган.

Система С-25МА третьего этапа модернизации

Работы по модернизации системы с обеспечением возможности поражения маловысотных целей были проведены в 1965... 1968 годах ОКБ-304 (Московским радиотехническим заводом) под общим руководством со стороны КБ-1. (МКБ «Стрела»).

Для улучшения работы РЛС по маловысотным целям был изменен сектор обзора угломестной антенны и изменен наклон азимутальной антенны. Усовершенствованию подвергся метод наведения ракет на цель. За счет совершенствования аппаратуры, введения новых высокочастотных усилителей и изменения развертки индикаторов было обеспечено увеличение дальности поражения целей. Тем самым обеспечивалась возможность определения дальности постановщика активных помех путем пеленгации излучения его аппаратуры двумя или несколькими станциями типа Б-200 соседних комплексов.

В состав боевых средств системы были введены ракеты «217МА» (5Я25) с осколочной боевой частью, при этом сохранялась возможность использования более старых ракет.

Ракета 5Я25 (217МА) создана в периоде 1964г. по 1968 г. Первоначально планировалось повысить эффективность за счет применения полутонной боевой части и комбинированного взрывателя с оптическим и радиолокационным каналами. К завершению разработки масса осколочной боевой части составила 390 кг. Ракета оснащалась исаевским двигателем 5Д25 с повышенным удельным импульсом, максимальной тягой 18500 кг с уменьшением тяги до 5000 кг по траектории полета, а также новым автопилотом с двухканальной системой стабилизации, новой радиоаппаратурой. По сравнению с предшествующими образцами было повышена маневренность, особенно на больших высотах. Максимальная скорость доведена до 1550 м/с. Диапазон высот поражения целей расширен до 1,5...35 км. За счет использования наведения на пассивном участке (по окончании работы двигателя) дальность пусков увеличена до 56 км.

Система С-25М с ракетой «217МА» была принята на вооружение Приказом Министра обороны СССР №00116 в 1968 году.

В этот период были созданы и специальные модификации ракет типа В-300. «207АЮ» была приспособлена для юстировки РЛС системы ПРО пусками по баллистическим траекториям с высотой до 100км, проведенными в 1960...1962г,. «217МАП» предназначалась для проведения экспериментов по исследованию электромагнитного поля в интересах разработки загоризонтных РЛС при пусках, проводившихся сперва на Балхаше, а затем со специально созданных стартовых позиций на Дальнем Востоке и в Забайкалье. Для стабилизации ракеты 217МАП на высотах до 250 км она оснащалась вновь разработанной газодинамической реактивной системой ориентации.

Система С-25М1

Совершенствование системы С-25М, проведение модернизации оборудования станции наведения ракет, стартовой позиции, а также разработка ракет с улучшенными характеристиками проводились с конца 1960-х годов. Система прошла несколько этапов модернизации и в 1979 году была принята на вооружение под обозначением С-25М1.

Система С-25МАМ четвертого этапа модернизации (первая очередь)

Модернизационные работы были проведены на всех комплексах системы в 1968...1970г.г.. Нижняя граница зоны поражения была снижена до 800 м, обеспечивалось поражение воздушных целей с ЭПР до 0,3 м2. В состав средств системы введены ракеты 5Я25М

Ракета 5Я25М (217МАМ) с осколочной боевой частью, новым радиовзрывателем, позволяющим вести обстрел целей с малой ЭПР, повышенной надежностью работы на пассивном участке траектории была разработана в 1968... 1972 г. и серийно выпускалась на Тушинском машиностроительном заводе с 1975 г.

Система С-25МР четвертого этапа модернизации (вторая очередь)

Модернизационные работы в направлении повышения помехозащищенности были проведены на всех стрельбовых комплексах системы в 1970... 1980-х годах. В состав аппаратуры комплекса была введена аппаратура защиты от про-тиворадиолокационных ракет противника. Повышены возможности по поражению маневрирующих, маловысотных и малоразмерных целей, в том числе целей с ЭПР до 0,3 м2 при стрельбе вдогон. Максимальная скорость полета целей была доведена до 4300 км/ч.

В состав системы с 1979 г. введены ракеты «219», с 1980 года - 5Я24 с повышенной помехозащищенностью бортовой аппаратуры и с боевой частью с управляемым полем разлета осколков, а с 1981 года - созданные для замены ракеты «218» ракеты 44Н6 со специальной боевой частью.

Ракета 5Я24, созданная в 1972... 1976 гг. и серийно выпускавшаяся с 1980 г, оснащалась помехозащищен-ной радиоаппаратурой. Вероятность поражения цели увеличена за счет установки новой боевой части с управляемым полем поражения. Повышенная маневренность в верхней зоне поражения достигалась применением автоматической системы форсажа двигателя. Для ракеты 5Я24 в 1963-1969 годах под руководством Главного конструктора A.M. Исаева был разработан двигатель с максимальной тягой 17180 кг с уменьшением тяги до 5000 кг по траектории полета. При этом вес двигателя менее чем на 2% превышал вес двигателя С5.1.

При реализации второй очереди четвертого этапа модернизации системы (С-25МР) ее разработчики довели нижнюю границу зоны поражения до 500 м, обеспечили пуск по высотной цели, летящей со скоростью до 4300км/час, обстрел уходящей цели, а также защиту от противорадиолокационных ракет.

Ракета 44Н6 со специальной боевой частью разработана в 1976... 1978 гг. и серийно выпускалась с 1982 г. Обеспечивались высота зоны поражения от 3,5 до 35км и максимальная дальность до 47 км. Ракета комплектовалась двигателем 5Д25Н. При разработке ракеты реализованы дополнительные мероприятия по повышению надежности и безопасности. Специальными мерами обеспечивалось предотвращение несанкционированного пуска ракеты.

Система С-25М1 с ракетами «217МАМ» и «219», комплекс КСП-25 были официально приняты на вооружение Приказом Министра обороны СССР №0064 1979 года. Ракета «219С» со специальной боевой частью принята на вооружение в составе комплекса С-25М1 в 1981 г.

ЗАВЕРШЕНИЕ ЭКСПЛУА ТАЦИИ Несмотря на многократные модернизации, к началу восьмидесятых годов система С-25 уже завершала свое существование. Технические решения конца сороковых - начала пятидесятых годов полностью исчерпали возможности дальнейшего совершенствования. Даже поддержание системы в работоспособном состоянии становилось непосильной задачей - элементная база важнейших радиоэлектронных систем давно не выпускалась промышленностью, а специальный заказ резко увеличивал стоимость. С другой стороны, в 1979 г. на вооружение был принят новейший зенитный ракетный комплекс войск ПВО страны С-300П. Представлялось целесообразным использовать уникальную и весьма дорогостоящую инфраструктуру системы С-25 при формировании идущей ей на смену новой системы зенитного ракетного прикрытия Москвы. Создание системы С-50 на базе технических средств С-300П было задано Постановлением от 23 октября 1980 г. Новая система была принята на вооружение в 1994 г. Система С-25М1 (С-25МА) и ее ракетные комплексы были сняты с боевого дежурства в 1984 году.

Более подробные сведения о создании и эксплуатации системы С-25, включая материалы по экспериментальной ракете ШБ-32, опубликованы в №№1-4 и 6 журнала «ТЕХНИКА и ВООРУЖЕНИЕ» за 2002 г.



 
[ главная | назад | наверх ]
 
 
Рейтинг@Mail.ru liveinternet.ru: показано число просмотров и посетителей за 24 часа
2001-2015 © Военное дело/Voennoe delo
Открыт 18 марта 2001