Военное дело 
 главная  |   | каталог сайтов  | автору 

 

Эволюция стратегии «ядерного сдерживания» США

Ядерное сдерживание - стратегия, в соответствии с которой наличие ядерного оружия (ЯО) считается важнейшим и решающим фактором сдерживания и устрашения потенциального противника и недопущения мировой войны. Она была разработана в США еще в 40-х годах и в дальнейшем подвергалась изменениям в связи с появлением новых средств вооруженной борьбы в Соединенных Штатах и СССР, переменами в расстановке сил в мире, экономической и социальной ситуацией внутри США (стратегии «массированного возмездия», «гибкого реагирования», «реалистического устрашения», «прямого противоборства»). Эти изменения касались различных соотношений между военными, политическими, идеологическими и научно-техническими инструментами государства, а также методов и форм использования силы.

Наличие мощного военного потенциала, позволяющего нанести значительный ущерб противоборствующей стороне, всегда являлось сдерживающим фактором для открытой конфронтации и развязывания войн, который с принятием на вооружение ЯО приобрел решающее значение. В начале ядерной эпохи, когда превосходство в ядерном потенциале сохранялось за США, его, по взглядам западных военных экспертов, предполагалось использовать главным образом для устрашения потенциального противника, чтобы удержать его от вооруженного нападения, а в ходе активных боевых действий - в ситуациях, при которых избежать поражения не представлялось возможным. Теоретически, перед тем как применить ЯО, планировалось предупреждать противника об угрозе ядерного нападения. В случае игнорирования этого предупреждения предполагалось нанести один или несколько выборочных «обезоруживающих» ударов с нанесением противоборствующей стороне материального ущерба, позволяющего оценить последствия ядерного возмездия.

Позднее, в годы «холодной войны» (60 - 70-е), стратегия ядерного сдерживания получила дальнейшее развитие, однако она по-прежнему рассматривалась в качестве действенного инструмента предотвращения широкомасштабных военных действий. Одним из наиболее ярких примеров того времени считается карибский кризис (1962), когда только угроза взаимного уничтожения позволила удержать сверхдержавы - США и СССР - от прямого вооруженного столкновения и глобальной ядерной войны.

Однако ракетно-ядерные потенциалы этих государств по-прежнему представляли угрозу миру и позволяли уничтожить не только друг друга, но и человеческую цивилизацию. Так, по расчетам американских исследователей, в случае массированного удара российских ядерных ракет по США могут погибнуть более 200 млн американцев и около 10 млн получить тяжелые ранения, травмы и ожоги. При этом не учитывается возможность детонации американских ядерных зарядов и последствия радиоактивного заражения огромной территории, что вызовет массовую гибель людей, растительного и животного мира.

В дальнейшем по мере осознания разрушительной силы ядерного оружия и катастрофических последствий его применения наметился процесс сокращения и снижения ракетно-ядерного потенциала ведущих мировых держав. Однако ЯО не только не утратило своего значения, но, напротив, способствовало укреплению идеологии сохранения мира - сдерживания враждебных государств от развязывания войн путем угрозы нанесения ядерных ударов. Эта идеология сохранялась в течение многих лет, но к началу 90-х годов она перешла в новую стадию - ядерное сдерживание приобрело характер внезапных и массированных военных действий при одновременно гибком и избирательном поражении наиболее важных объектов противника и нанесении ему неприемлемого гарантированного ущерба, что должно вынудить его отказаться от своих намерений. Причем, как утверждали американские стратеги, чем большего уровня потенциала ядерных сил удастся достичь, тем убедительнее окажется сдерживание. Именно это обстоятельство, по их мнению, должно было служить главным устрашающим фактором для всех потенциальных противников.

В настоящее время, когда Североатлантический союз во главе с США приобрел подавляющее превосходство над любым государством, опора на ядерное сдерживание считается скорее политическим, чем военным фактором национальной безопасности. Согласно одному из положений коалиционной военной стратегии Соединенные Штаты несут глобальную ответственность за защиту демократии в планетарном масштабе. При этом главный упор сделан не на оборону, а на превентивные действия за пределами зоны ответственности НАТО и на сдерживание вероятных противников от развязывания войн против всех западных стран.

Однако стратегия ядерного сдерживания не содержит конкретных указаний по реализации ее положений. Они детализируются в ряде других документов и некоторых высказываниях военных и политических руководителей США. В частности, утверждается, что, как и в прошлом, ядерное сдерживание является правомерным, когда все силы и возможности для мирного разрешения конфликта уже исчерпаны, и имеет целью убедить противостоящую сторону в достаточно мощном боевом потенциале США и продемонстрировать ей готовность к решительным действиям в случае развязывания войны.

В условиях новых политических реалий Соединенные Штаты оставляют за собой право применять ЯО в случае использования другими государствами ядерного, биологического, химического или других видов оружия массового поражения против США, своих союзников и дружественных стран, а также тогда, когда политика руководства отдельных государств представляет угрозу их национальным интересам. Более того, даже потенциальная возможность любой страны стать ядерной, если она имеет необходимые для этого технические возможности, считается достаточной для обоснования и оправдания превентивных ударов. Так было, например, в операции против Ирака «Буря в пустыне» (1991).

Принимаются во внимание и угрозы нового века - очаги международного терроризма, попытки ракетно-ядерного шантажа, чреватые опасностью для целых регионов мира. В связи с этим с недавнего времени проблема ядерного сдерживания приобрела новый аспект, обусловленный исламским терроризмом во главе с Усамой Бен Ладеном. Террористы выдвинули теорию, согласно которой доступ к ядерному оружию, обладание и экспортирование его в мусульманские страны является религиозным долгом всех мусульман. Экстремистские лидеры указывают, что ЯО будет необходимо не только для ведения джихада против неверных и организации террористических актов, но и для эффективного давления экстремистских организаций какого-либо государства или правительства от активных действий против террористов. Особую тревогу у западных аналитиков вызывает осуществляемая Пакистаном, первой мусульманской страной - членом ядерного клуба, ракетно-ядерная программа. СМИ приводят данные о разработке и испытательных пусках баллистических ракет с дальностью стрельбы до 4 000 км.

Таким образом, стратегия «ядерного сдерживания», адаптированная к новым условиям, продолжает оставаться одним из главных элементов американской военной политики, и ее эволюция происходит в направлении расширения перечней объектов воздействия и возрастания мощности ударов. Главным средством сдерживания считаются стратегические ядерные силы, а основной формой их применения - массированный ядерный удар, ущерб от которого будет превышать те преимущества, которые противник рассчитывает получить в результате агрессии. Высокая эффективность такой политики в настоящее время проявляется в том, что происходит демонтаж элементов системы раннего предупреждения о запуске ракет со стороны других государств на территории бывшего Советского Союза и в связи с отсутствием таких систем у большинства потенциальных противников.

Однако многие западные военные аналитики полагают, что стратегия ядерного сдерживания уже не отвечает сложившимся условиям геополитической, экономической и социальной обстановки, возможностям государств, уровню развития способов ведения войн и не оправдывает себя. В чем причина столь кардинального изменения их позиции? Во-первых, ядерное сдерживание не решает проблемы соответствия возмездия степени угрозы и, более того, связано с громадным риском даже при наличии достоверной информации о намерениях и действиях противостоящей стороны. Во-вторых, оно может спровоцировать дальнейшую эскалацию использования ЯО и привести к лавинообразному развязыванию ядерной войны. И, в-третьих, группировки сил, созданные для ядерного сдерживания сильного противника, не могут обеспечить решения всех политических и военных проблем и защитить западные страны в вооруженных конфликтах даже со слабым противником, не имеющим ЯО.

Этот парадокс, к которому США не готовы ни в моральном, ни в юридическом плане, ведет к постепенной ориентации на неядерные средства и отражает дальнейшую эволюцию стратегии «ядерного сдерживания». В ряду причин, породивших ее критику, называется усиление борьбы за полное запрещение ЯО и демократизацию общества. Поэтому, сыграв свою роль, стратегия «ядерного сдерживания» должна уступить место новой стратегии.

В последние годы на Западе появилось немало трудов и статей, по-новому трактующих проблемы сдерживания. Так, ряд американских политиков, общественных деятелей и военных специалистов выдвинул альтернативную стратегию «неядерного сдерживания», основанную на применении обычных средств поражения. По мнению многих зарубежных специалистов, неядерное сдерживание позволяет избежать развязывания даже ограниченных ядерных конфликтов, особенно на региональном уровне, со стороны стран «третьего мира» и террористических организаций, получивших доступ к ЯО, и в то же время является важнейшим и неотъемлемым дополнением системы ядерного сдерживания, если в этом возникает необходимость. Суть ее состоит в формировании определенного контингента сил, главным образом стратегической авиации, который при возникновении упомянутых выше типовых критических ситуаций в любой точке земного шара приводится в готовность к нанесению обезоруживающих ударов обычными средствами поражения.

Материальной основой для реализации стратегии «неядерного сдерживания» считается высокоточное оружие большой дальности действия - крылатые ракеты воздушного и морского базирования (КРВБ и КРМБ). Темп производства КРВБ довольно высок. Так, министр обороны США Дональд Рамсфелд еще в марте 2000 года утвердил программу переоборудования обычных авиабомб в управляемые боеприпасы JDAM, и к настоящему времени она реализована почти наполовину. Ранее Пентагон заказал 15 тыс. таких боеприпасов.

Высокоточное оружие постоянно совершенствуется, превращаясь в так называемое «высокоинтеллектуальное» оружие, которое обладает способностью действовать группами и обмениваться информацией в ходе полета к целям, самостоятельного выбора и поражения приоритетных целей без участия операторов. Этому «многообещающему новшеству» американские военные эксперты предрекают большое будущее не в столь уж отдаленной перспективе, и ему, в частности, отводится решающая роль в неядерном сдерживании. В качестве подобного оружия считается возможным использовать не только крылатые, но и баллистические ракеты в неядерном снаряжении.

Разработке этой стратегии в США уделяется самое пристальное внимание. Согласно концептуальной модели неядерного сдерживания американскими военными специалистами рассчитаны и обоснованы различные способы проведения операций. В условиях существующего превосходства в обычных вооружениях основным способом считается нанесение превентивного разоружающего удара по силам и средствам, которые противник подготовил для нападения, и важнейшим оперативно-стратегическим объектам, от которых зависит боеспособность враждебного государства. При этом не предусматривается предварительное сосредоточение группировки сил или сокращение до минимума времени ее развертывания, как это было, например, в операциях «Лис пустыни» (1998) и «Решительная сила» (1999). Что же касается состава привлекаемых сил, то, по мнению американских экспертов, он может колебаться в больших пределах: от отдельных групп бомбардировщиков до стратегической авиации в целом. В последнем случае, по их оценкам, она будет способна применить за короткий промежуток времени 500 - 600 КРВБ и тем самым самостоятельно решить задачи неядерного сдерживания. Если же в нем будут участвовать корабли и подводные лодки, то к этому количеству добавятся еще 4 тыс. КРМБ.

Подчеркивая преимущества неядерного сдерживания, его сторонники отмечают, что по сравнению с ядерным оно сделает управление конфликтом более гибким и позволит создать условия для его политического урегулирования, не дожидаясь перерастания в региональную или широкомасштабную войну.

Таким образом, как явствует из публикаций американской военной печати, понятие «ядерное сдерживание» уступает место «неядерному сдерживанию». Тем не менее апологеты использования ЯО по-прежнему выступают в его защиту. Высказывая беспокойство в связи с продолжающимся распространением ядерных технологий, когда их обладателями становятся все новые государства, и опасения по поводу неясности военной доктрины и судьбы проводимых в России реформ , они считают такой переход преждевременным, по крайней мере до тех пор, пока не будет создана собственная система ПРО для защиты от ядерных ударов. Только наличие такой системы, как полагают эксперты, позволит избежать ракетно-ядерного возмездия и лишит другую сторону возможности нанести удар первой.

Между тем исследования многих западных военных ученых и инженеров свидетельствуют, что намерения новой администрации США относительно строительства системы ПРО не скоро увенчаются успехом. Возможности прорыва любой системы ПРО, какая может быть создана в ближайшие 20 - 25 лет, обусловлены наличием у противостоящей стороны маневрирующих боеголовок с разделяющимися (кассетными) боевыми частями, разнообразием легких и тяжелых целей-имитаторов, постановщиков помех системам раннего предупреждения и боевого управления, а также другими фундаментальными физическими ограничениями, не позволяющими добиться гарантированного поражения ракет.

Используя методы математического моделирования различных вариантов гипотетической системы ПРО, американские эксперты объективно доказали, что, несмотря на столь огромные ассигнования, которые, по их подсчетам, достигнут 100 млрд долларов, США удастся прикрыть свою территорию в лучшем случае от ударов только одиночных и небольших групп ракет. Ведь природа ядерного оружия такова, что если ПРО пропустит даже одну ракету, это приведет к огромным разрушениям, обширному долговременному радиационному заражению местности и массовой гибели всего живого в районе поражения цели.

В связи с этим военно-политическое руководство США отмечает, что политика сдерживания должна строиться на разумном применении ядерных и обычных средств поражения с учетом единых стратегических и оперативных задач при постоянной их координации в ходе проведения сдерживания. В «Стратегии национальной безопасности США в XXI веке» открыто провозглашается, что «...политика сдерживания с помощью ядерного и обычного оружия становится новым важным элементом политики США в интересах национальной безопасности в новом веке». В то же время в соответствии с требованиями этого документа предусматривается иметь некий стратегический резерв, ориентированный в основном на стратегию «ядерного сдерживания», если неядерное не будет соответствовать складывающейся обстановке: «...наш ядерный потенциал является одним из наиболее наглядных свидетельств того, что военные возможности страны могут быть эффективно использованы для сдерживания агрессии. Ядерные вооружения Соединенных Штатов Америки служат преградой от опасностей неопределенного будущего, гарантией выполнения наших обязательств по обеспечению безопасности союзников и сдерживают тех, кто хотел бы стать обладателем ядерного оружия. Наше планирование, касающееся возможного применения ЯО, нацелено на предотвращение ядерной войны, а не на его использование. Мы продолжаем обращать особое внимание на снижение уязвимости наших ядерных систем и инфраструктуры, необходимых для нанесения сокрушительного ответного удара. США должны по-прежнему иметь надежную триаду стратегических ядерных сил, достаточных для сдерживания враждебных нам стран, располагающих ядерным потенциалом, и демонстрации того, что попытки добиться преимущества по ядерным вооружениям обречены на провал». Такая гибкая сбалансированная политика, констатируется в документе, «... является также действенной формой сдерживания угроз, которые исходят от стран «третьего мира», обладающих оружием массового поражения (КНДР, Ирак, Иран и другие), и должна быть сохранена до тех пор, пока существует ядерное оружие».

Конечно, по характеру воздействия и последствиям ударов разница между ядерным и неядерным сдерживанием велика. Вместе с тем между ними существует определенная взаимосвязь и их многое объединяет. Судя по высказываниям зарубежных военных аналитиков, это прежде всего предназначение, цели сдерживания, наличие соответствующих боеспособных и хорошо подготовленных сил, надежная система боевого управления и контроля, всестороннее планирование и обеспечение операций в соответствии с разработанными концепциями.

Адекватными предпосылками для успешного реагирования на угрозы любого характера и масштаба считаются постоянное отслеживание обстановки, а также предоставление военно-политическому руководству полной и достоверной информации о замысле и действиях противостоящей стороны, причем в силу меньшей эффективности обычных средств поражения сведения об объектах удара должны быть более точными. Одни из этих положений уже реализованы, другие не имеют аналогов в прошлом. В соответствии с этим повышаются требования к деятельности всех видов разведки по различным критериям: расширение поля наблюдения, ускорение сроков выполнения соответствующих задач и прохождения информации, сокращение периодов между наблюдениями.

Однако, как полагают некоторые западные специалисты, при существующем состоянии сил и средств разведки для решения данной проблемы необходима прежде всего аналитическая работа органов, оценивающих и прогнозирующих степень опасности ожидаемых угроз. Их способность правильно оценить добытые данные определяет в конечном счете целесообразность демонстрации или применения как обычных, так и ядерных средств сдерживания.

Особое внимание военное руководство США обращает на достижение скрытности подготовки и внезапности действий сил сдерживания. Чтобы лишить потенциального противника возможности добыть разведывательную информацию, эксперты считают достаточным совершенствовать обычные способы маскировки и дезинформации, осуществлять заблаговременное противодействие его разведке и проводить другие защитные мероприятия применительно к новым условиям обстановки и потребностям.

Есть еще одно обстоятельство, на которое указывают западные аналитики, -высокая ответственность принимающих решение политиков, военных руководителей и тех, кто несет боевое дежурство на командных пунктах ядерных сил в ситуациях, когда решаются судьбы мира. В связи с этим в различных публикациях, появившихся в западной печати, говорится не только о том, что всем должностным лицам необходимо обладать высокими профессиональными и психологическими качествами, способностью быстро ориентироваться в сложной, порой непредсказуемой обстановке, но и уметь рисковать. Подчеркивается влияние и других неблагоприятных факторов, многие из которых носят объективный характер и поэтому могут привести к преждевременным, ошибочным действиям.

Таковы, по взглядам компетентных военных специалистов США, основные положения по ядерному и неядерному сдерживанию. Однако лидеры западноевропейских государств весьма сдержанно относятся к этим стратегиям. Они полагают, что демонстрация угрозы применения обычного и тем более ядерного оружия неминуемо ведет к взаимному сдерживанию, которое было уместно в какой-то мере во времена «холодной войны». Тогда страны находились на грани войны, в состоянии недоверия, настороженности и приоритетной направленности своих средств нападения на районы дислокации сил ответного удара.

Выход из этого опасного состояния западные эксперты видят в разработке комплекса мер, способствующих взаимопониманию между государствами, спектр которых достаточно широк. Обеспечение открытости информации о состоянии ядерных и других средств нападения, систем боевого управления сторон, консультации специалистов по вопросам безопасности, установление прямых контактов между политическим руководством и военными ведомствами различных стран, а также постоянное информирование друг друга об испытательных, учебных и непредвиденных провоцирующих пусках ракет иных государств - все это меры, вместе взятые, должны исключить возможность возникновения ситуаций, когда высшее военно-политическое руководство ставится перед необходимостью принятия решений о сдерживании от развязывания войны в условиях неполной информации и жесткого дефицита времени.

Стратегия «ядерного сдерживания» вызывает негативную реакцию мирового сообщества, воспринимается как противоречащая инстинкту самосохранения человечества и отнюдь не обеспечивающая равную безопасность для всех государств. По словам видных западных общественных деятелей, такая стратегия является образцом безнравственности, поскольку разменной монетой при этом являются миллионы людей. Они с большой долей скептицизма относятся к тому, что ядерное, равно как и неядерное сдерживание разрешит все противоречия и будет способствовать поддержанию мира и стабильности на планете.

А. Краснов,
доктор военных наук, профессор
«Зарубежное военное обозрение» №11 2002


 
[ главная | назад | наверх ]
 
 
Рейтинг@Mail.ru liveinternet.ru: показано число просмотров и посетителей за 24 часа
2001-2015 © Военное дело/Voennoe delo
Открыт 18 марта 2001