Военное дело 
 главная  |   | каталог сайтов  | автору 

 

Терроризм - глобальная проблема современности

НАЧАЛО 1997 ГОДА ознаменовалось серией террористических актов в ряде стран: новый год встретили в роли заложников несколько десятков гостей посольства Японии в Перу, произошли взрывы бомб, заложенных террористами в городах Кабул, Лахор, Дели, Тель-Авив, Атланта, Белград, Алжир. Все это было продолжением волны терроризма, охватившей в последние годы многие регионы мира, и подтвердило тот факт, что он превратился в глобальную проблему современности.

Что касается географии распространения терроризма, то в США до последнего времени эта проблема не стояла особенно остро. Согласно статистике, в течение последней четверти века у американцев стать жертвой убийцы был один шанс из 12 тыс., в то время как погибнуть в результате террористического акта - менее одного из 100 млн. Так что в стране, где от рук убийц ежегодно погибало до 20 тыс. человек, угроза безопасности граждан, исходившая от терроризма, представлялась минимальной.

Но затем положение изменилось. В 1992 году в результате взрыва в г. Аден (Йемен) едва не пострадали 100 американских военнослужащих, направлявшихся в Сомали. В феврале 1993 года террористы взорвали бомбу во Всемирном торговом центре в Нью-Йорке, что привело к многочисленным жертвам. В апреле 1995 года в результате террористического акта в Оклахома-Сити погибло 168 человек, в июне 1996-го от взрыва бомбы на американской военной базе в Дахран (Саудовская Аравия) погибло 19 и было ранено несколько десятков военнослужащих США. На счету террористов неудавшийся взрыв зданий ООН, нью-йоркского отделения ФБР, двух тоннелей и моста, соединяющих штаты Нью-Йорк и Нью-Джерси. Угроза терроризма выдвинулась на одно из первых мест в жизни американского общества, и борьбе с ним уделяется сегодня первостепенное внимание: ужесточается законодательство, создаются и совершенствуются подразделения государственных ведомств, которые непосредственно занимаются данными вопросами. Увеличивается финансирование правоохранительных органов и их численность, обеспечивается дополнительная подготовка спецподразделений по борьбе с терроризмом. Эти усилия дали результаты - были быстро схвачены организаторы ряда взрывов. За последние три года в стране арестовано больше террористов, чем когда-либо прежде. И хотя террористические акты становятся все более крупномасштабными, их общее число не увеличивается. Следует отметить, что Соединенные Штаты обладают богатым опытом борьбы с терроризмом. Теракты совершались еще во времена борьбы первых поселенцев с коренными жителями. С обеих сторон происходили захваты заложников, нападения на мирных жителей, убийства. В последующем практически все крупные социально-экономические и политические движения в США, вовлекавшие в свою орбиту сотни тысяч человек, имели экстремистские «наросты» - небольшие группы людей, готовых добиваться поставленных целей террористическими методами.

Большое число подобных организаций было порождено движением за гражданские права. Среди них выделяются «Черная освободительная армия» и «Черные пантеры», осуществившие множество террористических актов. Движение против войны во Вьетнаме в 60-х годах породило такие экстремистские образования, как «Освободительный фронт нового мира» и «Семья красных партизан», имевшие на своем счету многочисленные террористические акты, в том числе взрывы бомб. Особое распространение получили правые экстремистские организации, проповедующие ксенофобию, антисемитизм, превосходство белой расы, ненависть к иностранцам. Среди них ку-клукс-клан, «Арийские нации», «Карающий меч в руке Господа». Отдельное направление экстремизма связано с резко активизировавшимися в последнее время полувоенными организациями, так называемыми «милициями», насчитывающими около 15 тыс. членов и действующими, по меньшей мере, в 40 штатах.

рис. 1

Однако наиболее реальную опасность для американцев как внутри страны, так и за рубежом в последнее время стали представлять ближневосточные террористические организации (рис. 1). Их боевики избрали мишенями своих акций американские объекты за пределами Соединенных Штатов, которые становятся жертвой своего же недавнего курса, направленного на поддержку исламского экстремизма. Так, начиная с 50-х годов влиятельные силы в США поддерживали организацию «Братья-мусульмане» — одно из самых экстремистских движений того периода в Египте. Значительную помощь получали исламисты в Афганистане. На его территории и в Пакистане была создана сеть учебных лагерей и тренировочных центров для исламских боевиков. Укорениться на американской земле мусульманским террористам позволили сами же Соединенные Штаты. Именно благодаря протекции ЦРУ визы на въезд в страну получали боевики из Афганистана, среди которых были внесенные в «списки нежелательных лиц».

рис. 2

В Западной Европе лидерами по уровню терроризма считаются Испания и Северная Ирландия (рис. 2). Только в 1995 году здесь было совершено около 400 террористических актов. В Испании данное явление связано в основном с деятельностью баскского освободительного движения «Родина и Свобода» (ЭТА) - хорошо вооруженной и сплоченной организации, ведущей с конца 50-х годов борьбу за автономию. ЭТА осуществляет взрывы бомб на коммерческих и правительственных объектах, время от времени проводит террористические акты против сил государственной безопасности, а также местного и иностранного бизнеса, прежде всего французского (как правило, в качестве мести за успешные действия полиции против террористов в приграничных с Испанией районах Франции). Распространенной формой добывания средств для существования является вымогательство так называемого «революционного налога» с заложников. Всего с 1970 года активисты ЭТА изъяли у 75 заложников (иностранных дипломатов, испанских должностных лиц и предпринимателей) около 32 млн долларов.

В Северной Ирландии действует «Ирландская республиканская армия» (ИРА), возникшая в 1919 году как военное крыло партии Шин Фейн, боровшейся за единую Ирландию. Страна так и осталась разделенной, и боевики ИРА перешли к террору, но лишь после того как нападениям подверглось католическое гетто в г. Белфаст. С 1969 года, когда «для поддержания закона и порядка» в Ольстер вошла британская армия, начался, пожалуй, самый длительный в истории Европы кризис, уносящий и сегодня многие человеческие жизни. Одним из последних эпизодов, разорвавших соглашение о прекращении огня в Северной Ирландии (просуществовало 17 месяцев), стал взрыв бомбы в районе лондонских доков в феврале 1996 года, когда было убито два человека и ранено 43.

Не миновала проблема терроризма и ФРГ, где она существует около 20 лет. Однако пик развития терроризма недавно миновал, благодаря прекращению активной деятельности левоэкстремистской организации «Роте армеефрак-цион» (РАФ). В 1992 году ее руководство выступило с заявлением, в котором критически оценило последствия совершенных терактов и признало полный провал вооруженной борьбы против государства и его устоев. В документе содержался призыв к другим левоэкстремистским организациям начать совместный поиск новых концепций революционной политики.

В настоящее время правительство ФРГ имеет дело с организациями — наследницами РАФ, которые все-таки намерены использовать террористические методы. Самой опасной среди них считается группировка «Антиимпериалистическая ячейка сопротивления имени Нади Шебадах». На ее счету несколько взрывов штаб-квартир политических партий, домов политических деятелей. Жертвами «ячейки» в последнее время становится также гражданское население. Недавно ее члены совершили в центре г. Дюссельдорф взрыв бомбы, начиненной несколькими килограммами стальных шариков.

Определенную озабоченность правительства ФРГ вызывают действия правых экстремистов. В 1992 году ими было совершено 2639 насильственных актов преимущественно в отношении германских политиков. Сегодня же объектом насилия со стороны неофашистов являются исключительно иностранцы, прежде всего те, кто пытается получить в ФРГ политическое убежище. Проведено немало акций против турок, проживающих в Германии, например поджог турецкого дома в г. Золинген, где погибли пять человек, погромы в общежитиях для иностранцев.

Особую тревогу вызывает деятельность иностранных террористических организаций, в частности Курдской рабочей партии (КРП). Ее членов обвиняют в серии террористических актов против турецких представительств в Германии. Активность КРП постоянно повышается. Последний пример — погромы, устроенные в германских городах в связи с запретом властей на проведение демонстраций по поводу празднования восточного праздника Нового года — Навруза. В итоге десятки полицейских получили ранения, было арестовано несколько сот курдов — зачинщиков беспорядков. Главный мотив действий КРП — стремление заставить правительство ФРГ оказать давление на Анкару и добиться изменения политики Турции по отношению к курдам. При этом ее лидеры грозят массовым террором и даже акциями боевиков-самоубийц.

В настоящее время одной из самых актуальных для ФРГ задач становится борьба против международного терроризма. В этой связи Федеральная разведывательная служба (БНД) ориентирована на ведение разведывательной деятельности на Ближнем и Среднем Востоке, прежде всего против экстремистской группировки «Хамас», и уже приступила к изучению лиц, оказывающих ей финансовую помощь.

В число стран, наиболее «чувствительно» относящихся к терроризму, входит Франция, обладающая определенным опытом борьбы как с ним, так и с порождающими его причинами. В качестве примера можно привести политику в отношении корсиканских националистов. В течение последнего года французские власти предприняли ряд шагов по преодолению кризиса на Корсике. Несмотря на то что сепаратистов официально поддерживает менее 10 проц. населения острова, они оказывают существенное влияние на его жизнь. Их вооруженные группы держат в страхе местных предпринимателей, взимая «революционный налог» на финансирование своих акций. Террористическая деятельность сепаратистов направлена в основном против расположенных на Корсике институтов центральной власти и компаний по торговле недвижимостью, продающих дома и земельные участки французам с материка, в чем националисты усматривают посягательство на независимость корсиканцев.

За последние пять лет на острове было совершено около 3 тыс. террористических актов. Сначала боевики устраивали взрывы, наносящие материальный ущерб, но не вызывающие человеческих жертв, затем конкуренция между различными движениями националистов вылилась в открытую войну, в результате которой летом 1995 года погибло 12 человек. В феврале 1996 года по острову прокатилась очередная волна убийств. Ее жертвами стали представители различных кланов.

Поддержав действия полиции по борьбе с террористами, французское правительство тем не менее пошло на уступки некоторым требованиям одной из ведущих организаций корсиканских националистов — «Фронта национального освобождения Корсики». В марте 1996 года было объявлено о принятии ряда экономических и финансовых мер, в том числе о создании на острове свободной экономической зоны, а также о значительной государственной помощи сельскому хозяйству, развитии системы преподавания корсиканского языка и открытии университетских центров. И хотя во Франции решение правительства приступить к умиротворению Корсики путем принятия экономических и социальных мер не вызвало энтузиазма, пока это единственная реальная альтернатива репрессивной политике.

Франция, традиционно имеющая интересы в арабском мире, например в Алжире, сталкивается в последние годы с резким ростом исламского терроризма. На французской территории в 1995 году произошла серия террористических актов, погибло около десяти и было ранено более 180 человек. Еще трое погибли и 92 ранены в результате взрыва в парижском метро в декабре 1996 года. Ответственность за совершение этих терактов взяла на себя алжирская «Вооруженная исламская группа», пытавшаяся добиться от Парижа изменения отношения к алжирскому руководству. К подобного рода экстремизму, по мнению французского правительства, может быть только один подход: скоординированные действия различных служб безопасности и полиции и постоянная бдительность.

С точки зрения борьбы с терроризмом сложной остается обстановка в Алжире, где с момента военного переворота в январе 1992 года не прекращается насилие. По данным американской прессы, в ходе боевых действий между правительственными войсками и вооруженными формированиями исламских экстремистов погибло более 50 тыс. человек. Причем население страдает не только в результате терактов, но и операций сил безопасности, а также казней, проводимых без суда и следствия правительственными войсками и исламистами.

В последнее время ряды алжирских исламистов пополнились боевиками, сражавшимися на стороне мусульман в Боснии. Именно с их участием во время празднования рамадана в 1996 году были проведены 20 террористических актов, в результате которых погибли 80 человек и около 500 получили ранения. Со дня начала переговоров по выводу страны из политического кризиса — 15 июля 1996 года — от рук исламистов погибло еще около 500 человек, в том числе 315 в январе 1997 года. Жертвами террористов являются в основном гражданские лица, отказывающие им в помощи, а также чиновники и журналисты. В качестве мишеней исламисты все чаще выбирают рабочих, которые отвергают ультиматумы о приостановке работы.

Среди арабских стран, в которых за свержение режимов ведут вооруженную борьбу воинствующие исламисты, после Алжира следует Египет. Пиком террористической активности в стране стало неудавшееся покушение на президента Хосни Мубарака в г. Аддис-Абеба в 1995 году. В целом же число людей, убитых фундаменталистами в Египте, приближается к 1 тыс. При этом все преступления направляются на подготовку условий для захвата власти с последующим установлением в стране теократической формы правления и созданием клерикального режима исламской республики. Одна из причин обострения проблемы исламского экстремизма состоит в том, что за рубежом, главным образом в Саудовской Аравии и других монархиях Персидского залива, на заработках находится до 3 млн египтян, которые живут согласно местным традициям, связанным в основном с исламом в его так называемом «бедуинском» варианте. После возвращения на родину многие из них проникаются мыслью о том, что именно вера и истинное вероисповедание в тех странах, откуда они приехали, принесли им избавление от лишений и нищеты.

Руководство Египта в начале 90-х годов выдвинуло лозунг «Искоренить зло», имея в виду террор исламских экстремистов. Практически каждые две недели египетские средства массовой информации сообщают об арестах активистов и сторонников запрещенных в стране организаций, таких, как «Братья-мусульмане», «Аль-Гамаа аль-ислами», «Аль-Джихад аль-ислами», и судебных процессах над ними. По данным министерства внутренних дел, с 1992 года, после вспышки исламского экстремизма в стране, силы безопасности арестовали до 2,5 тыс. человек. Только в марте 1996 года было схвачено около 100 фундаменталистов. Перед судом предстали 33 боевика, из которых десяти грозила смертная казнь. Всего же в египетских тюрьмах находится не менее 12 тыс. осужденных за терроризм.

В Египте накоплен определенный опыт по предотвращению террористических актов. Благодаря внедрению агентов в экстремистские группировки силы безопасности в конце 1995 года смогли раскрыть заговор, подготовленный в Лондоне лидерами «Аль-Джихад аль-ислами». Его участники планировали диверсии против жизненно важных государственных объектов, убийства политических и общественных деятелей. Согласно плану заговорщиков в Египте была сформирована «группа смертников», которой поручалось осуществить взрывы с большим числом жертв. В борьбе против расширения фундаментализма, представляющего в настоящее время единственную реальную угрозу режиму, египетские власти используют прежде всего силовые методы, опираясь на чрезвычайное положение, сохраняющееся в стране с момента убийства президента А. Садата в 1981 году. Однако в последнее время они стремятся как можно активнее привлекать к борьбе с религиозным экстремизмом и легальную оппозицию.

Благодаря принимаемым мерам египетское руководство добилось определенных успехов в попытках противодействия угрозе экстремизма. При этом оно постоянно подчеркивает, что «терроризм — мировое явление и не имеет никакого отношения к религии», что экстремитские группировки не решились бы бросить вызов властям, не будь у них поддержки из-за рубежа. Претензии выдвигаются в первую очередь в адрес Судана, на территории которого с установлением в 1989 году исламистского режима находятся лагеря по подготовке террористов, забрасываемых затем в соседние страны, и прежде всего в Египет. По некоторым данным, на суданской территории развернуто около 20 лагерей по подготовке мусульманских боевиков из Египта, Эритреи, Эфиопии, Ливана, оккупированных Израилем территорий, Алжира, Туниса и Уганды. Финансирует подготовку широкая сеть спонсоров и иранский меджлис. Последний, в частности, с 1986 года ежегодно выделяет 100 млн долларов на помощь группам, оппозиционно настроенным по отношению к мирному процессу на Ближнем Востоке.

На территории Ирана действуют 11 лагерей для террористов, где готовится до 5 тыс. человек, причем около 500 из них специализируются на производстве бомб, которые используются самоубийцами. Обучаемые прибывают из Ирана, Ливии, Алжира, Судана, Турции, Египта, Сирии, Ливана, Иордании, сектора Газа и Саудовской Аравии. Как сообщается в западной печати, в лагере Имам-Али, расположенном в восточном районе г. Тегеран, планируется большинство совершаемых в мире терактов.

В потворстве мусульманскому экстремизму и содействию террористическим вылазкам исламистов в Египте и Алжире общественность исламских государств обвиняет также пакистанский режим. По данным самого пакистанского правительства, на территории страны сегодня находится около 2 тыс. арабских террористов, оставшихся не у дел после окончания войны в Афганистане. Большинство из них скрывается под крышами множества мусульманских медресе и других духовных учебных заведений. Рассадником терроризма стал Международный исламский университет в г. Исламабад, который был создан бывшим диктатором Зия-уль-Хаком для привлечения в Пакистан граждан арабских стран с целью укрепления в них позиций исламистов и поддержания воевавших в Афганистане моджахедов. Это встречало тогда поддержку США и других западных стран, которым сегодня приходится самим бороться с таким явлением. Без малого 50 лет объектом экстремистских действий исламистов служит Израиль. Террористические акты в отношении его граждан совершают в основном активисты палестинского движения «Хамас» и фундаменталистской организации «Исламский джихад». Именно на их счет отнесены четыре взрыва, совершенные в стране в период с 25 февраля по 4 марта 1996 года, повлекшие гибель 59 и ранение более 100 человек, приостановившие израильско-сирийские мирные переговоры.

Борьбу с терроризмом в Израиле возглавляет оперативный штаб, в который включены представители армии и спецслужб, в том числе службы внешней разведки «Моссад». Задача штаба — объединять и координировать все действия, включая проведение специальных операций за пределами страны. При этом главное внимание уделяется разведке с целью упреждения терактов. Ее ведением занимаются небольшие мобильные и хорошо обученные спецподразделения, ориентированные на выполнение заданий особой сложности. Их личный состав как бы «растворяется» среди арабского населения и приступает к выполнению заданий, связанных обычно с выявлением и обезвреживанием террористических групп или отдельных фанатиков. Большое внимание израильское руководство уделяет вопросам прекращения финансовых поступлений из-за рубежа для палестинских и ливанских террористов и оказания международного воздействия на Сирию, Иран, Ливию, которые обвиняются в предоставлении им помощи.

Террористическая деятельность характерна и для Филиппин. Исламская группировка «Абу Сайяф» («Носитель меча») еженедельно совершает террористические акты на Минданао — от взрывов и грабежей до похищения людей и убийств. По данным печати, с 1972 года в стране убито свыше 50 тыс. человек. Ярким примером деятельности «Абу Сайяф» служит налет в апреле 1995 года на г. Ипил, в результате которого погибло 53 и ранено 62 гражданских лица. Ущерб, нанесенный городу, составил 20 млн долларов.

Большой масштабностью отличаются террористические акции, проводимые тамильскими сепаратистами из группировки «Тигры освобождения Тамил илама» (ТОТИ). В январе 1996 года в результате взрыва у здания Центрального банка в г. Коломбо был убит 91 человек и ранено 1,4 тыс. В июле того же года 5 тыс. боевиков, внезапно атаковав лагерь правительственных войск, уничтожили 1,2 тыс. окруженных там военнослужащих. Немного позже диверсия «тигров» в пассажирском поезде в районе г. Коломбо унесла 78 жизней и оставила 600 человек искалеченными.

Достаточно спокойной с точки зрения террористической активности долгое время оставалась Япония. По данным главного полицейского управления, в 1995 году здесь было совершено 18 террористических актов, наиболее серьезные из которых — нападения на средства массовой информации за то или иное выступление, попытки обстрела с помощью кустарно изготовленных устройств правительственных зданий или личных домов государственных деятелей, поджог автомобилей, а также провоцирование массовых беспорядков. Как правило, большинство подобных вылазок обходилось без жертв. Исключение составил террористический акт 20 марта 1995 года, когда группа боевиков религиозной секты «Аум синрикё» подбросила на шести станциях токийского метро пакеты с боевым отравляющим газом. В результате погибло 11 человек и более 5,5 тыс. было отравлено.

Анализ террористической деятельности в разных странах свидетельствует о том, что это явление многогранно и многолико. Этим, в частности, объясняется тот факт, что ни в международном праве, ни в уголовном праве отдельных стран до сих пор не сформулировано четкое и единое понятие терроризма. По мнению специалистов, среди определений наиболее приемлемым выглядит следующее: терроризм — это применение негосударственного насилия или угрозы насилия с целью вызвать панику в обществе, ослабить и даже свергнуть правительство и вызвать политические изменения. Он направлен на дестабилизацию государственных режимов, возбуждение у населения обеспокоенности из-за своей беззащитности перед лицом насилия, смену в результате этого государственной власти в стране, на осуществление иных политических, религиозных или этнических чаяний.

За свою историю терроризм являлся во многих обличиях, и сегодня общество сталкивается не с одним, а со многими его видами: политико-социальный (примером могут служить германские «красные армии»), порождаемый движениями в духе гипертрофированного регионализма (ЭТА, ИРА, Курдская рабочая партия), политико-религиозный (насильственные действия исламских экстремистов). В ряде международно-правовых документов к террористическим действиям отнесены убийства и покушения на них, захват и удержание заложников, транспортных средств, разного рода объектов (посольств, штаб-квартир политических партий и организаций, мест проведения международных и иных политических акций, казарм, населенных пунктов, вокзалов и т. п.), организация взрывов, похищения людей и поджоги, оказание давления, сопряженного с насилием, на государственных служащих, общественных деятелей, судей, работников прокуратуры, чтобы заставить их совершать действия, отвечающие планам и намерениям террористов.

Возникнув в конце XIX века в форме вооруженных нападений на коронованных особ и государственных деятелей, терроризм с течением времени постоянно менялся. На смену анархистам пришли левые террористы, включая представителей «красных армий», орудовавших в Германии, Италии и Японии в 70-х годах. Затем инициатива перешла к крайне правым. В наши дни в большинстве случаев международный и внутренний терроризм носит не политический характер, а этнический и религиозный, причем его представители отличаются большим фанатизмом, чем идеологические террористы, поскольку, как правило, пользуются значительной поддержкой общественности.

По оценкам экспертов, занимающихся проблемами терроризма, в настоящее время в разных странах мира насчитывается около 100 крупных террористических организаций, поддерживающих между собой постоянные контакты, которые направлены на подготовку террористических актов, обмен информацией и финансовое обеспечение преступной деятельности. Существенное изменение, происшедшее в последние десятилетия, состоит в том, что терроризм — не единственная стратегия боевиков. «Мусульманское братство», «Ирландская республиканская армия», палестинский «Хамас», курдские экстремисты, «Тигры освобождения Тамил илама» в Шри-Ланке, баскское движение «Родина и Свобода» и многие другие организации, появившиеся в этом столетии, имеют как террристические, так и политические группировки. При этом последние обеспечивают социальные цели и воспитание, занимаются бизнесом, выступают на выборах, тогда как первые устраивают засады и организуют убийства. Такое «разделение труда» позволяет политическому руководству публично отмежевываться от особенно возмутительных актов терроризма, причем оно не всегда имеет возможность контролировать действия вооруженных группировок, поскольку те стремятся к независимости.

Наибольшую озабоченность в мире сегодня вызывает исламский экстремизм, представленный почти 150 неправительственными организациями клерикально-политического профиля, имеющими три основных направления: суннитские, тяготеющие к Саудовской Аравии (типа созданной в Египте в 20-х годах ассоциации «Братья-мусульмане»); проиранские, преимущественно шиитские, выступающие с позиций исламской революции (напрмер, «Хез-боллах», «Аль-Джихад аль-ислами»); палестинские, курдские и другие группировки националистического и сепаратистского плана. Политические программы многих из них созвучны идеям ассоциации «Братья-мусульмане» — создание исламского государства через три основные стадии: ведение в массах скрытой пропагандистской работы (ознакомление); отбор наиболее преданных сторонников, готовых к участию в священной войне — джихаде (структурализация); джихад «без уступок и снисхождения» (реализация).

Большинство исламских экстремистских организаций имеет трансграничный характер. Так, самая воинственная часть «Хамас» находится в Сирии и Ливане, его руководство — в Иордании, а оттуда нити ведут в Тегеран. Экстремисты переплетены связями с разного рода «фондами», благотворительными обществами мусульманского мира, представителями государственных структур, политических партий, финансового капитала и бизнеса.

Экстремизм от ислама редко выступает в чистом виде, без союзников. Обычно он действует в содружестве с национализмом, сепаратизмом и социальным популизмом, играя чаще всего главную роль как наиболее яростная боевая сила, способная консолидировать других на общей платформе, освятить неправедное дело авторитетом великой религии. Отсюда его особая ценность в альянсах, нацеленных на внутреннюю дестабилизацию и международные конфликты. Исламские экстремисты привлекают мнимой простотой своей альтернативы — возврат в прошлое, к исламской мечте «золотого века», к традиционализму и застою, уход в шариат. Они называют виновником бед исламского мира страны Севера, «цивилизацию христиан», «неверных», то есть внешнего врага. В целом исламский экстремизм угрожает сегодня, по крайней мере, 15 странам и несет ответственность за 80 проц. террористических актов в мире.

В последнее время изменился характер террористических акций. Сегодня происходит переход от нападений на конкретные объекты, например авиалайнеры или должностных лиц, к беспорядочным убийствам. Неразборчивый терроризм особенно распространился в последние 30 лет. Такие преступления, как взрыв бомбы в парижском метро или террористический акт с отравляющим газом в токийском метро, были направлены неизвестно против кого и в целях, настолько туманных и утопических, что они кажутся нелепыми всем, кроме, пожалуй, психически ненормальных людей.

Важной отличительной чертой современного терроризма является заинтересованность участников в широком освещении их акций в средствах массовой информации, чтобы они получили как можно больший резонанс, оказали воздействие на значительную часть населения и посредством запугивания способствовали бы влиянию на правительства. Состав, размеры и принципы организации террористических групп стали более разнообразными. Так, сохраняются организации, выполняющие указания из единого центра или координирующие свои действия в рамках определенной сети, однако появились и небольшие автономные ячейки, которые никому не подчиняются. Как показывает опыт французских спецслужб, они могут быстро возникать вокруг какого-нибудь опытного террориста (например, моджахеда, прошедшего через пакистанские военные лагеря или афганский и боснийский конфликты), их действия отличаются неожиданностью и непредсказуемостью. С такой «рассеянной и фрагментарной» угрозой становится весьма трудно бороться.

Террористические группы традиционно содержат сильную прослойку полурелигиозных фанатичных элементов, поскольку лишь тотальная вера оправдывает лишение человека жизни. Фанатики-мусульмане считают убийство врагов Аллаха религиозным подвигом и полагают, что безбожники в их странах или в Израиле должны быть уничтожены по его воле. Доктрина «Аум синрикё» утверждает, что убийство должно помочь спасению и жертвы, и убийцы. Сектантский фанатизм в последние десятилетия усилился, и, как правило, чем меньше террористическая группа, тем она фанатичнее.

В прошлом терроризм был почти всегда уделом групп боевиков, пользовавшихся поддержкой таких политических сил, как ирландское и российское социал-революционные движения. В будущем, по оценкам специалистов, террористами будут отдельные личности или очень небольшие группы единомышленников, их будет труднее выявить, если они не допустят оплошности или не будут раскрыты случайно. По прогнозам экспертов, количество террористических актов в мире будет расти, причем достижения в научно-техническом развитии облегчат совершение преступлений (например, новое, более совершенное оружие или пластиковые взрывчатые вещества, которые трудно обнаружить). Террористы могут даже перейти к совершению более опасных актов — отравлению воды и продуктов, нападению на энергетические системы.

Появился и новый вид терроризма, разрушительная сила и тактические средства которого неизмеримо возросли. В прошлом, когда террористы убивали глав государств или высоких должностных лиц, сразу же появлялись другие, жаждавшие занять их место. Современные развитые общества более зависимы от электронных баз данных, анализа и передачи информации. От этого зависят оборона, полиция, банковское дело, торговля, транспорт, научная работа и большой процент правительственных и частных сделок. Таким образом, многие жизненно важные секторы открыты для саботажа любого хакера (компьютерного пирата), а согласованный саботаж может парализовать всю страну. Поэтому растет тревога по поводу информационного терроризма и кибернетической войны.

В современном, оснащенном электроникой обществе трудно сохранить тайну, и все защитные меры носят ограниченный характер: даже несовершеннолетние хакеры проникают в секретные системы во всех сферах. Уже сейчас возможности вызвать хаос почти неограниченны, а впредь уязвимость общества возрастет еще больше. Цели террористов будут меняться: для чего убивать какого-то политического деятеля или людей без разбора, когда атака на электронный коммутатор даст гораздо более грандиозный и длительный эффект? Если новый терроризм направит свою энергию на информационную войну, то его разрушительная сила будет намного большей, чем когда-либо в прошлом, большей даже, чем при использовании бактериологического и химического оружия.

рис. 3

Сейчас раздаются призывы созвать международную конференцию, чтобы выработать конвенцию по вопросу об определении терроризма и борьбы с ним. На данный момент уже действует ряд конвенций ООН по отдельным видам терроризма — незаконному захвату воздушных судов, преступлениям против лиц, пользующихся международной защитой, захвату заложников и т. д. А пока каждое государство руководствуется собственными критериями в определении терроризма и борется с ним по-своему (рис. 3).

Тема международного терроризма давно волнует ведущие страны Запада. Еще в 1978 году в г. Бонн «большая семерка» приняла соответствующее заявление, а спустя два года, в г. Венеция выразила свое отношение к вопросу о захвате дипломатических сотрудников в качестве заложников. Декларации о международном терроризме принимались на встречах в верхах в г. Оттава (1981), Лондон (1984) и Токио (1986). В 1995 году в г. Галифакс «семерка» выступила с заявлением по Чечне в связи с событиями в России (захват заложников в г. Буденновске), а в марте 1996 года в г. Шарм-эш-Шейх — по Израилю.

В июле 1996 года в г. Париж страны «семерки» и Россия приняли важный документ — перечень 25 мер, направленных на укрепление международного противодействия терроризму. С учетом имеющегося опыта значительная часть согласованных мер относится к национальной компетенции государств. Первая рекомендация касается «улучшения взаимодействия между отдельными органами и ведомствами, которые занимаются различными аспектами данной проблемы». Речь идет также об улучшении подготовки квалифицированных специалистов по антитеррористическим действиям, в том числе по «предотвращению террористических акций, в ходе которых могут использоваться радиоактивные, химические, биологические и отравляющие вещества».

Особого внимания требует разработка методов обнаружения и маркировки взрывчатки и других средств, использование которых может привести к гибели или ранению людей. «Восьмерка» призвала все государства взять под контроль неправительственные организации (гуманитарной, культурной или социальной направленности), могущие служить прикрытием для террористов. Предметом пристального внимания должны стать новейшие средства коммуникации, прежде всего компьютерная сеть «Интернет» и частные средства кодирования передаваемой по ней информации, которые террористы используют для пропаганды собственных идей и общения между собой.

Отдельным пунктом выделено принятие национальных законов с целью более эффективного контроля за производством, торговлей и экспортом оружия и взрывчатки. Документ обязал подписавшие его страны отказаться от любой пассивной или активной поддержки террористов, ужесточить юридические меры преследования за такую деятельность, отдавать под суд любое лицо, обвиняемое в совершении и подготовке террористических актов или оказании помощи в их осуществлении. «Восьмерка» призвала все государства препятствовать передвижениям террористов, ввести более строгий пограничный контроль и правила оформления удостоверений личности и визовой документации.

Международное взаимодействие предложено развивать по двум основным направлениям: международно-правовом и оперативном. Первое предусматривает, в частности, сближение национальных законодательств в области выдачи преступников и предоставлении им убежища. Документ, принятый «восьмеркой», предлагает рассмотреть возможность выдачи террористов, даже если между заинтересованными государствами нет соответствующих соглашений, а также препятствовать движению капиталов, с помощью которых финансируется террористическая деятельность.

Стержнем оперативного взаимодействия должен стать информационный обмен между спецслужбами стран «восьмерки». Наряду с созданием центральных бюро, отвечающих за быстрое рассмотрение поступающих от зарубежных партнеров вопросов и координацию взаимных информационных потоков, предлагается поощрять прямые контакты между всеми заинтересованными органами. Речь идет прежде всего об обмене сведениями, которые относятся к идеологии, структуре, составу, методам действий и средствам связи конкретных террористических групп, к контрабанде оружия и взрывчатки, к новым формам террористической деятельности, включая использование химических, биологических, радиоактивных и отравляющих веществ.

Продемонстрировав единодушие, восемь стран — участниц форума обязались немедленно приступить к выполнению принятых решений. Они предложили другим государствам присоединиться к ним, чтобы придать «большую эффективность и последовательность» борьбе с терроризмом.

Капитан 1 ранга А. Крайнев
«Зарубежное военное обозрение» №6 1997


 
[ главная | назад | наверх ]
 
 
Рейтинг@Mail.ru liveinternet.ru: показано число просмотров и посетителей за 24 часа
2001-2015 © Военное дело/Voennoe delo
Открыт 18 марта 2001