дом на выходные
Военное дело 
 главная  |   | каталог сайтов  | автору 

 

Экономические причины военных конфликтов

Высказывания известных классиков - «война есть продолжение политики другими средствами» и «политика есть концентрированное выражение экономики» - подтверждаются современной историей военных конфликтов, в основе подавляющего большинства которых лежат экономические причины. Будучи прагматиками и реалистами, руководители многих государств подчинили политическую, идеологическую и другие стороны международной деятельности единственной цели - экономическому благополучию и процветанию нации. Для того чтобы убедиться в этом, достаточно обратиться к «Стратегии национальной безопасности США в следующем столетии», опубликованной в 1999 году.

В соответствии с этим документом экономические факторы, в частности благополучие нации, относятся к категории жизненно важных интересов, ради достижения которых правительство готово использовать все имеющиеся возможности, включая вооруженные силы. Причем этот фактор во многом зависит от внешнеторговых операций, в первую очередь от экспорта американской продукции. «В мире, где 95 проц. потребителей проживает за пределами Соединенных Штатов, мы должны расширять нашу внешнюю торговлю для обеспечения экономического роста внутри страны», - говорится в документе. При этом, по расчетам разработчиков стратегии, в следующем десятилетии темпы роста мировой экономики будут втрое превышать темпы роста экономики США, что только усилит зависимость благосостояния нации от внешних рынков, то есть экспорта. Подтверждением данного вывода служит, в частности, тот факт, что в конце XX века общее количество рабочих мест в стране, созданных за счет экспорта, превышало 14,6 миллионов, то есть более 11 проц. экономически активного населения страны.

Поэтому не удивительно, что для развития внешнеэкономических отношений руководство США использует различные методы. В частности, это выдача дешевых кредитов под закупку американской продукции по линии Эксимбанка и ряда других организаций США, программы помощи развивающимся странам, нередко реализуемые за счет избыточной продукции американской промышленности.

Проводится активная работа, направленная на установление американского лидерства в международных делах, финансовых и торговых институтах путем оказания давления на торговых партнеров по многосторонним, региональным и двусторонним соглашениям с целью его достижения. Как уже было отмечено выше, при определенных условиях для обеспечения экономического благополучия Белый дом не исключает возможности использования и вооруженных сил. Необходимо отметить, что администрация Дж. Буша также придерживается этих принципов, о чем свидетельствует практически дословное их повторение в «Стратегии национальной безопасности США в век глобализации», опубликованной в декабре 2000 года.

Ограниченность мировых ресурсов не позволяет в полном объеме удовлетворять потребности всех, что обуславливает соперничество между государствами за право обладания ими. Так, за последние 15 лет сузились зоны экономического влияния Великобритании, Японии и России. При этом они существенно расширились у ЮАР и Германии. Стремительно усиливается влияние Китая на положение дел в мировой экономике. Менее значительные изменения претерпели зоны экономического влияния США, Италии и Франции. Борьба за сферы экономического влияния привела к тому, что на части территорий произошло столкновение экономических интересов сразу нескольких государств, соперничество между которыми в некоторых случаях приняло форму вооруженного конфликта.

Разумеется, инициаторы конфликтов в большинстве случаев стремятся скрыть экономические причины, замаскировать их различными лозунгами. В частности, Панамский конфликт 1986 года, официальной версией развязывания которого называлась принадлежность президента страны генерала М. Норьеги к международной наркомафии, на самом деле во многом был обусловлен угрозой потери со стороны США контроля над Панамским каналом. Экономические причины замалчивались и во время агрессии Франции, Великобритании и Израиля против Египта в 1956 году, хотя стремление к контролю над Суэцким каналом стало основным фактором эскалации конфликта. Остались они в тени и во время недавней операции НАТО против Югославии.

Поэтому о наличии экономических причин часто приходится судить не по декларируемым намерениям участвующих в конфликте сторон, а по изменениям, произошедшим в экономике региона после конфликта.

Так, в настоящее время существует точка зрения, что причиной войны в зоне Персидского залива стали безответственность и диктаторские замашки Саддама Хусейна. Соединенные Штаты в этой ситуации предстают как бескорыстные миротворцы, заступившиеся за беззащитный Кувейт. Тем не менее наряду с этим некоторые западные эксперты ссылаются на секретный документ министерства внутренних дел этой страны, который удалось получить журналистам японского еженедельника «Сюкан мосуто». Из него следует, что на конфиденциальной встрече представителей ЦРУ с кувейтскими коллегами обсуждалась возможность использовать ухудшающееся экономическое положение Ирака для решения территориального спора на выгодных для Кувейта условиях. Практически сразу после этой встречи последний вопреки достигнутым по линии ОПЕК договоренностям резко увеличил экспорт нефти, что в условиях уже «перегретого» рынка (то есть когда предложение и без того существенно превышало спрос) вызвало настоящую панику на биржах и привело к обвалу цен, больно ударившему по экономическим интересам Ирака и спровоцировавшим агрессивные действия с его стороны.

Кроме того, не совсем бескорыстными оказались и США. До начала военного конфликта существенную, если не ведущую роль в экономической жизни Ближневосточного региона играла Япония. В связи с тем, что компании этой страны инвестировали средства в разработку нефтяных месторождений Кувейта и Саудовской Аравии, в Японию направлялась значительная часть добытых углеводородов. Ее доля в общем объеме продукции, импортируемой Кувейтом и Саудовской Аравией, в 1985 году составляла соответственно 28,9 и 19 проц. После окончания вооруженного конфликта ситуация изменилась. Доля Японии в импорте Кувейта сократилась до 12,8 проц. в 1992 году и 9,4 проц. в 1997-м. Начиная с 1998 года она увеличилась до 17 - 18 проц., однако к настоящему времени так и не достигла предконфликтного уровня. В Саудовской Аравии к 1992 году страна потеряла 4,5 проц. рынка, а в 1999-м ее доля сократилась до 10 проц. Японские компании лишились также права на разработку ряда месторождений в Саудовской Аравии, поскольку последняя выдвинула дополнительные требования коммерческого характера, которые те посчитали неприемлемыми, что в сочетании с другими негативными факторами (в первую очередь начавшейся в Японии рецессией экономики) и обусловило сокращение ее присутствия на рынке Саудовской Аравии.

Одновременно с этим происходило усиление позиций США. Получили право на разработку некоторых месторождений ряд американских компаний. Доля продукции в импорте государств региона после конфликта стремительно возросла (с 17 проц. в 1987 году до 25 - 27 проц. в конце 90-х в Саудовской Аравии и с 9 до 26,6 проц. в Кувейте). Данные факты вполне наглядно подтверждают тезис о том, что конфликт способствовал усилению влияния США за счет ослабления позиций Японии.

Аналогичным образом складывалась ситуация и в Югославии. Прямых экономических целей развязывания войны против данного государства в заявлениях западных лидеров обозначено не было. Однако конфликт имел ряд последствий экономического характера, во имя достижения которых, вероятно, и была спровоцирована натовская агрессия.

Всю череду конфликтов в Югославии можно рассматривать как попытку выстраивания некоего «исламского анклава» в Европе, включающего Албанию, Косово, Боснию и Герцеговину. С учетом последних событий в Македонии данное образование может использоваться для сохранения нестабильности в регионе, в том числе для обеспечения экономического благополучия США.

Дело в том, что затянувшаяся фаза экономического роста США во многом объясняется притоком иностранного капитала в это государство. Поэтому появление регионов, позволяющих получить большую норму прибыли на вложенный капитал, создает реальную угрозу оттока ресурсов из-за океана, и, следовательно, может привести к рецессии в Соединенных Штатах.

В связи с этим западные экономисты пытаются провести параллель между самым продолжительным периодом экономического роста США и кризисными ситуациями, происходящими в различных регионах мира. Оказалось, что именно в регионах, позволяющих получать большую норму прибыли на вложенный капитал, и происходят кризисные явления, отпугивающие инвесторов от этих рынков.

Рис. 1. Изменение долей отдельных стран и регионов в общем объеме привлеченных прямых иностранных инвестиций

Так было в Азиатско-Тихоокеанском регионе, государства которого демонстрировали небывалые темпы развития. В результате изменение направления движения финансовых потоков создало серьезную угрозу недоинвестирования американской промышленности. И именно данный регион в 1997 году охватил финансовый кризис, приведший к оттоку капитала из АТР и существенно ослабивший позиции не только Малайзии, Индонезии и других стран региона с быстро растущей экономикой, но также Китая и Японии, вынудив их на некоторое время сосредоточиться на внутренних проблемах. Этот кризис на длительный срок нарушил равновесие мировых финансовых рынков и сделал США самым надежным убежищем для предпринимательского капитала.

Однако развивающиеся страны в других регионах не до конца потеряли свою привлекательность. Туда стала перетекать часть капитала, выведенного из Восточной Азии. В 1998 году в Бразилии и России происходят финансовые кризисы, которые отпугивают инвесторов от обоих финансовых рынков и обеспечивают приток капитала в стабильные экономически развитые государства. Учитывая, что в результате этого пострадали и многие европейские компании, имевшие тесные экономические связи с Россией, а Япония еще не оправилась от последствий азиатского кризиса, основным реципиентом капитала в 1998 году снова оказались США.

Заслуживает внимания тот факт, что, по мнению ряда западных экономистов, и азиатский, и бразильский, и российский, и разразившийся в 2001 году аргентинский кризисы, по сути, являлись не столько финансовыми, сколько долговыми. Учитывая ведущую роль США в международных финансовых организациях и их влияние на мировые потоки капитала, вполне допустимо усомниться в случайности этих процессов и высказать предположение о развитии событий по заранее продуманному сценарию. Подтверждением этой мысли может служить и тот факт, что падение азиатских рынков было спровоцировано атаками спекулятивных фондов, контролируемых американским капиталом, на национальные валюты указанных государств.

Однако на рынке капитала у США оставался еще один очень серьезный конкурент - Европа. Интеграционные процессы способствовали укреплению имиджа этого региона. В конце XX века оправилась от экономической нестабильности в результате слияния двух государств и начала набирать экономическую мощь единая Германия. Продолжался экономический рост в ряде других странах Европейского союза. Такая благоприятная ситуация привлекала внимание многих инвесторов. Более того, введение единой валюты серьезно пошатнуло позиции доллара как единственного средства формирования валютных резервов.

Предпринятые в этот же период атаки финансовых спекулянтов на национальные валюты наиболее слабых государств зоны евро не привели к сколь-либо существенному изменению ситуации. На сей раз решить проблему сокращения объема инвестиций в США помог балканский кризис. Дестабилизация ситуации на юге Европы и наличие очага напряженности в данном регионе значительно увеличили риски инвесторов и отрицательно сказались на его инвестиционной привлекательности. Вследствие этого наиболее приемлемым для инвесторов вновь оказался американский рынок.

Рис. 2. Изменение курса немецкой марки к доллару США накануне и после кризиса на Балканах (в 1999 году)

Кроме того, после начала эскалации напряженности на Балканах курс немецкой марки, колебавшийся в январе 1999 года на уровне 1,69 марки за доллар, к началу марта опустился до отметки 1,79 марки за доллар, а спустя месяц после начала боевых действий упал до уровня 1,85. В дальнейшем курс немецкой марки колебался от 1,85 до 1,94 марки за доллар и до конца года так и не смог вернуться к докризисному уровню. Курс евро, остававшийся стабильным и даже демонстрировавший незначительный рост в начале 1999 года, после осложнения обстановки на Балканах также начал терять свои позиции и в мае месяце составлял только 80 проц. от первоначального значения.

Такая нестабильность явно не способствовала укреплению доверия мирового сообщества к единой европейской валюте. Правда, нужно оговориться, что, помимо событий в Югославии, на курс евро отрицательное влияние оказывал также общий негативный экономический фон в Европе, однако он был достаточно ровным на протяжении всего этого времени.

Следует отметить, что проводимые действия, хотя в них и не просматривается явного умысла со стороны США, вполне соответствуют американской «Стратегии национальной безопасности», декларирующей возможность использования вооруженных сил для защиты экономического благополучия своих граждан.

И хотя прямых доказательств «руки США» в развязывании азиатского, аргентинского, российского и бразильского экономических кризисов и межэтнического конфликта в Югославии обнаружить не удалось, приведенный выше ряд косвенных фактов подтверждает наличие экономического интереса страны в этих событиях. Совершенно очевидно, что одержав победу в «холодной войне», Соединенные Штаты всеми силами стремятся закрепиться в качестве единственной супердержавы. При этом ставка делается на удержание в первую очередь экономического лидерства и устранение (или ослабление) потенциальных соперников. Способы же достижения указанных целей выбираются самые различные как это и принято в конкурентной борьбе.

С. Попов,
кандидат экономических наук
«Зарубежное военное обозрение» №12 2001 г


 
[ главная | назад | наверх ]
 
 
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru liveinternet.ru: показано число просмотров и посетителей за 24 часа
2001-2012 © Военное дело/Voennoe delo
Открыт 18 марта 2001